Кожемяко, мафия и море

16.11.2018 05:39
shadow
И Кожемяко, и Колесов начинали свою карьеру не с «гарвардов» и «оксфордов» - они оба окончили средние специальные учебные заведения и лишь позднее смогли позволить себе высшее образование
Поделиться…

Приамурье возглавит бывший продавец цветов

 

Экс-губернатор Корякии находится «ближе к телу», то есть к центру принятия основных государственных решений.

 

Президент России Дмитрий Медведев 16 октября подписал указ «О досрочном прекращении полномочий губернатора Амурской области», приняв отставку Николая Колесова. Вр.и.о. главы региона был назначен бывший руководитель Корякского автономного округа Олег Кожемяко. Как сообщает «АмурПолит.ру», он же рекомендован областному Законодательному собранию для утверждения в качестве нового губернатора Приамурья.

 

«Уноси готовенького»

 

Дальневосточная эпопея Николая Колесова и его татарстанской команды закончилась вполне закономерным финалом. И аналитикам, и многим чиновникам после коррупционного скандала, разразившегося в области весной этого года, стало ясно, что губернатор-варяг превратился в «хромую утку». Буквально в течение несколько месяцев пребывания на своем посту он успел настроить против себя и местных политиков, и бизнес, и даже население (чего стоил один позолоченный кабинет!), поэтому его отставка была лишь вопросом времени.

 

Последние полгода Приамурье находилось в крайне сложном положении – административная верхушка региона пребывала в напряженном ожидании смены власти, и эта неопределенность усугубляла и без того незавидное состояние амурской экономики. Николая Колесова как руководителя области перестали воспринимать всерьез, часть его министров находилась под следствием, часть – ушла в добровольную отставку, работа регионального правительства фактически была парализована.

 

К сожалению, не помогло исправить ситуацию и «рекрутирование» в команду Колесова местных управленцев, потенциалом которых Николай Александрович так и не сумел эффективно воспользоваться.

 

Федеральная и местная пресса, начиная с марта 2008 г., регулярно сообщала фамилии кандидатов в губернаторы нашей области. В кремлевских кулуарах медленно, но верно шел «кастинг» на эту должность. В качестве возможных претендентов на нее СМИ называли и мэра Хабаровска Александра Соколова, и депутата Госдумы от Приморья Василия Усольцева, и руководителя группы компаний «Петропавловск» Павла Масловского, и градоначальника Благовещенска Александра Мигулю, и даже сенатора от Кемеровской области Светлану Орлову. Упоминался в числе кандидатов и Олег Кожемяко, бывший губернатор Корякского автономного округа, который после объединения этого субъекта Федерации с Камчаткой в прошлом году уступил свое место Алексею Кузьмицкому.

 

Почему же именно Кожемяко удостоился чести сменить Колесова на его посту? Обойти конкурентов ему помог сильный административный и финансовый ресурс. Дело в том, что за успехи в процессе слияния двух дальневосточных регионов он был «награжден» неплохой должностью, став помощником руководителя Администрации Президента России. Таким образом, экс-губернатор Корякии априори находился «ближе к телу», то есть к центру принятия основных государственных решений в нашей не слишком демократической стране.

 

Что же касается экономического базиса политического влияния вр.и.о. губернатора Приамурья, то здесь нужно обратиться к его биографии, которая очень органично вписывается в российский исторический антураж 90-х годов ХХ века – периода накопления первоначального капитала. В этом плане у него с Николаем Колесовым немало общего.

 

«В чем сила, брат?»

 

И Кожемяко, и Колесов начинали свою карьеру не с «гарвардов» и «оксфордов» - они оба окончили средние специальные учебные заведения и лишь позднее смогли позволить себе высшее образование. Если простой казанский парень Коля Колесов вышел из стен ПТУ, то юноша из села Черниговка Олег Кожемяко учился в Хабаровском монтажном техникуме. Естественно, их трудовая деятельность первоначально была связана с рабочими специальностями – прежний губернатор трудился простым регулировщиком на заводе, а будущий – мастером на Приморской ГРЭС.

 

Когда началась перестройка, и все более-менее предприимчивые граждане СССР ринулись создавать кооперативы, г-н Кожемяко не остался на обочине экономических преобразований и занялся торговлей. Сочетая «жажду наживы» с тягой к прекрасному, в 1987 году он организовал кооператив «Галатея», специализировавшийся на выращивании и продаже цветов.

 

А уже через два года молодой предприниматель начинает новое дело, создав производственно-пищевое объединение «Приморское». В то время многие фирмы в Приморье сделали ставку на добычу рыбы и других морских биоресурсов, и кооператив Кожемяко не был исключением. Но он пошел дальше других. В 1995 году Олег Николаевич стал заместителем председателя совета директоров ОАО «Преображенская база тралового флота» (ПБТФ), одного из крупнейших рыболовецких предприятий края. Через пару лет «Приморское» превратилось в главного акционера ПБТФ, а в 1998 году Кожемяко занял кресло председателя его совета директоров.

 

Примерно в те же годы Николай Колесов принимал активное участие в приватизации Казанского оптико-механического завода и «Элекона», которые он в результате возглавил. Таким образом, бывшего и будущего губернаторов Амурской области сближает опыт обретения контроля над производственными предприятиями в лихие 90-е годы. Они не задавались вопросом, в чем заключается сила – они ее применяли.

 

Как водится, Олег Кожемяко и возглавляемая им ПБТФ процветали не без помощи весьма могущественной «крыши». В качестве патрона бизнесмена выступал тогдашний губернатор Приморского края и будущий руководитель Госкомрыболовства Евгений Наздратенко. Он широко прославился на просторах России благодаря громким криминальным скандалам, подробно освещавшихся в «Известиях» (цикл статей «Мафия и море»).

 

Когда в борьбе между Наздратенко и Дарькиным в 2001 году последний одержал победу и занял пост губернатора Приморья, Кожемяко оказался в трудной ситуации. Объем квот на вылов рыбы, выдаваемых его предприятию, резко уменьшился. «Разборки» в крае сопровождались «наездами» правоохранительных органов. В частности, в 2002 году комиссия по борьбе с коррупцией Госдумы направила письмо генпрокурору Владимиру Устинову, в котором сообщалось, что в результате деятельности руководства ПБТФ государству причинен ущерб в размере более 700 млн. руб.

 

«О, это сладкое слово «Камчатка»!»

 

После прихода к власти Сергея Дарькина, не питавшего любви к команде Наздратенко, Олег Кожемяко уже не мог оставаться просто бизнесменом – ему нужно было тоже идти во власть. И 9 декабря 2001 года он становится депутатом Приморского законодательного собрания. Напомню, годом раньше Николай Колесов был избран депутатом Госсовета Республики Татарстан.

 

Евгений Наздратенко, лишившись губернаторского кресла, переехал в Москву и занял должность руководителя Госкомрыболовства. Неудивительно, что Олег Кожемяко вскоре отправился вслед за своим «покровителем» - в начале 2002 года его, несмотря на сопротивление Дарькина, избрали сенатором от Приморского края. Проработав в Совете Федерации два года, он стал советником спикера Сергея Миронова.

 

В 2004 году Кожемяко участвует в выборах губернатора Камчатской области, но проигрывает их коммунисту Михаилу Машковцеву. Интерес рыбопромышленника к полуострову понятен – в Приморской акватории местные власти стали вставлять ПБТФ палки в колеса. Вскоре после назначения Наздратенко на высокую должность в Москве это предприятие уже попыталось зайти на Камчатку, направив туда плавбазу «Томск», но напоролось на жесткую реакцию правоохранительных органов.

 

В экспертном заключении областной природоохранной прокуратуры читаем: «совокупный ущерб, причиненный ОАО “Преображенская база тралового флота” в результате незаконного промысла минтая природным биологическим ресурсам РФ составил 708 567 950 рублей». Проверка, проведенная прокуратурой Камчатской области, выявила значительные нарушения в сфере промысла морских биоресурсов допущенные ПБТФ в 2001-2005 годах. По итогам проверки судами были рассмотрены 49 административных и два уголовных дела, наложено штрафов на сумму 2,5 млн. руб.

 

Потерпев поражение на камчатских выборах, 18 января 2005 года Олег Кожемяко занял должность вице-губернатора Корякского автономного округа. Сразу после этого назначения эксперты отметили, что он прибыл в регион в качестве «антикризисного менеджера» - Корякия замерзала, а чуть ли не все ее руководство находилось под следствием. Уже 9 марта 2005 года Президент России уволил в связи с утратой доверия главу округа Владимира Логинова, а вр.и.о. назначил бывшего приморского сенатора, которого местные депутаты 14 апреля единогласно утвердили губернатором.

 

К слову, уголовное преследование Логинова и его заместителя Михаила Соколовского осуществлял окружной прокурор Владимир Чистов, который сейчас возглавляет прокуратуру Амурской области. Так что он с Олегом Кожемяко, мягко говоря, хорошо знаком.

 

Даже будучи губернатором Корякского АО, этот представитель рыболовецкого бизнеса не отказывался от мыслей о Камчатке – именно он предложил объединить эти два региона в один субъект Федерации. Впрочем, когда в прошлом году данная идея была воплощена в жизнь, Кожемяко не удалось возглавить Камчатский край – его губернатором стал Алексей Кузьмицкий, которого продвигали «питерские силовики». Таким образом, бывший начальник Корякии попал в кадровый резерв и, поработав около года в Администрации Президента, снова готовится исполнять обязанности губернатора, на этот раз Амурской области.

 

Проиграли все

 

Несмотря на то, что у Колесова и Кожемяко много общих черт, последнему все же удалось закрепиться на государственной службе и не вылететь из чиновничьей обоймы со скандалом. Вместе с тем, стиль его руководства обещает быть достаточно жестким – недаром некоторые СМИ отмечают, что, кем бы он ни работал, за ним закрепился имидж «авторитетного приморского бизнесмена». Вам сложно представить кого-то «чисто конкретнее» Колесова? Уверяю Вас: в натуре нет предела совершенству.

 

Если же говорить серьезно, то потенциал конфликтности у Олега Кожемяко ничуть не меньше, чем у предыдущего губернатора Приамурья. В частности, он дважды проводил масштабные сокращения в администрации Корякского АО – сначала ее штат уменьшился на 22%, затем – на 17%. Вероятно, амурское правительство ждет нечто подобное.

 

Взаимоотношения с бизнесом у бывшего предпринимателя, годами работавшего в системе «кому власть - тому и рыба», также будут складываться вполне определенным образом. В то же время Кожемяко, вероятно, должен был изучить печальный опыт своего предшественника, который вел себя в Амурской области, как слон в посудной лавке, и сделать из него какие-то конструктивные выводы. Новому главе региона нужно учитывать, что Приамурье по экономическому потенциалу - далеко не Камчатка и уж тем более не Приморский край. Как говорил в одном из выпусков журнала «Ералаш» директор стадиона, «здесь рыбы нет!».

 

Спустя год после назначения губернатором Николая Колесова «АмурПолит.ру» охарактеризовал политическую ситуацию в области как многовекторный конфликт. С одной стороны баррикад были варяги из Татарстана, с другой – местная элита. Теперь, когда вр.и.о. губернатора стал Олег Кожемяко, можно констатировать, что все участники этой борьбы потерпели поражение. Партия закончилась в пользу третьего лица.

 

«Амур.полит.ру»

---------

 

Правда и «заказуха»

Общественное мнение безжалостно: «В отечественной прессе жирует компромат...». На профессиональном языке - «слив» и «заказуха».

 

Но вот известинец Борис Резник, сегодня - депутат Госдумы и член комиссии по борьбе с коррупцией, доказывает иное. Он по-прежнему проводит независимые расследования.

 

Борис Львович - легенда журналистского корпуса. Не спешите с упреками в ложном пафосе. Судите сами. Коренной москвич, Резник молодым репортером приехал на Дальний Восток - освещать события на Даманском. Да так и остался в Хабаровске. В «Известиях» он публиковал статьи, после которых закрывали всесоюзные ударные стройки (завод азотных удобрений на Амуре), принимали государственные решения и выпускали из тюрем невинно осужденных людей. Знаменитая серия статей «Такие семечки» закончилась спецпостановлением Верховного суда, выходом на свободу более 6 тысяч человек. После публикаций Резника снимали с работы проворовавшихся номенклатурщиков. Это в советские-то времена! В 1991 году Резник опубликовал в «Известиях» секретное распоряжение Моисеева о поддержке ГКЧП, за что тот был снят с поста министра обороны. 87 раз оппоненты подавали на Б. Резника в суд. Он не проиграл ни одного дела!

 

Да что там суды, отлучение от партийных кормушек и жалобы на журналиста в ЦК КПСС! Проработав долгие годы с Борисом Резником рядом, на Дальнем Востоке, я слышал и такое:

 

- Не помогли в краевой прокуратуре?! Иди в «Известия», к Резнику, он поможет.

 

Он помог многим. Помог по жизни, как сейчас говорят.

 

Не только журналисты, рыбаки Нижнего Амура или лесники Нанайского района дружили в те времена с известинцем Резником. По приглашению Бориса Львовича в славный город на трех сопках - Хабаровск прилетал (с частным визитом) тогдашний министр иностранных дел Японии Митио Ватанабэ.

 

Это - не PR. Это - правда.

 

Министр любил посидеть с Резником у таежного костерка (позже это назовут «встречами без галстуков»), поговорить о спорных островах, порассуждать о ментальности двух народов, просто - посоветоваться... Ватанабэ обнаружил в репортере Резнике мышление и сметку государственного деятеля.

 

Кем только не называли Бориса в прошлые, советские и нынешние - демократические годы: агентом влияния, тайным канцлером Дальнего Востока, серым кардиналом при губернаторах. А легенда Резника, как и правда его жизни, в том, что, пройдя коварными коридорами высшей власти, Борис не испачкался и не оступился.

 

Согласитесь, не так уж это и мало - всю жизнь оставаться самим собой.

 

И последнее. Перед тем, как вы прочтете «Мафию и море». Борис Резник, зная себе цену, всегда говорит не о собственной исключительности, а об уникальности газеты, которой служит. «Известиям».

 

Александр Куприянов, 

шеф-редактор газеты «Известия», 17.07.02

--------

 

МАФИЯ И МОРЕ-1

Незаконный сбыт за границу морепродуктов все еще приносит преступным сообществам миллиарды долларов

 

      Известинские публикации о разграблении биоресурсов морей на российском Дальнем Востоке (№ 200-202, 1997) наделали немало шума. Тогдашний президент Борис Ельцин дал указание тогдашнему руководителю контрольного управления Владимиру Путину «внимательно проверить факты и принять меры для защиты государственных интересов». 

      Будущий президент отнесся к поручению своего шефа весьма ответственно. Из столицы на Дальний Восток вылетел спецрейс, битком набитый высокими федеральными чиновниками, среди которых были заместитель генерального прокурора, замминистра внутренних дел, замдиректора ФСБ, могущественный «рыбный» министр Александр Родин... Факты, изложенные в статьях «Мафия и море», проверяли дотошно. Мало того, что они подтвердились, комиссия обнажала все новые и новые грани насквозь воровского, бандитского, принявшего абсолютно дикарские формы рыбного промысла. 

      За восемь месяцев, в течение которых велось наше журналистское расследование, были накоплены не только серьезные российские свидетельства о хищническом истреблении биоресурсов дальневосточных морей, с помощью коллег из влиятельной японской газеты «Хоккайдо симбун» мы заполучили документы просто уникальные, наглядно показывающие глубину и масштабы коррупции в рыбной отрасли. На первый взгляд бумаги самые что ни на есть простые: коносаменты, порт-клиренсы, по которым в зарубежных портах удостоверяется законность перемещения через границу грузов. Их необычность в том, что документы не были заполнены, но на них стояли все необходимые печати дальневосточных таможен. Даже личные печати инспекторов под личными номерами. Рядом штампик: «Выпуск разрешен». Проставляй нужное и - вперед! 

      Японским журналистам передали эти бумаги сотрудники иностранного отдела полицейского управления о.Хоккайдо. Те, в свою очередь, получили их при досмотре рыболовецких шхун, вернувшихся из территориальных вод России. Японские власти, в том числе и спецслужбы, чрезвычайно обеспокоенные глобальным браконьерским опустошением биоресурсов морей-кормильцев, уже тогда не делали особой тайны из своих оперативных разработок и охотно ознакомили наших коллег из «Хоккайдо симбун» (те - нас) со схемой, где графически изобразили преступные взаимосвязи «российской и японской рыбных мафий». 

      «Известия» опубликовали эту схему. Помню, как взъярился тогдашний начальник Управления ФСБ по Сахалинской области - ныне первый заместитель главы налоговой полиции страны С. Веревкин-Рохальский, увидев свое ведомство в ряду активных участников мафиозных структур. Он прислал в редакцию гневное письмо, в котором обещал привлечь к суду автора и редакцию за клевету. Мы стали готовиться к процессу, точно зная, что ничего хорошего ни Веревкину-Рохальскому, ни его управлению судебное разбирательство не сулит. «Известия» располагали обширным досье о тесной сплотке отдельных чекистов с мафиозными структурами, об организации браконьерского лова и незаконного сбыта морепродуктов в соседнюю страну офицерами ФСБ из так называемого «действующего резерва». 

      Судебного иска от Веревкина-Рохальского мы так и не дождались. 

      Путинскую представительную комиссию в шок ввергли цифры, взятые нами из японской официальной статистики, косвенно подтвержденные и даже усугубленные отечественными данными: ежегодно из морей в исключительной экономической зоне российского Дальнего Востока «выгребали» около четырех миллионов тонн биоресурсов. Легальный экспорт из этого количества составлял менее миллиона тонн. Нелегальный «зашкаливал» за два миллиона тонн. На российском рынке оставалось меньше десяти (!) процентов от добытого. И это, как понимаете, не деликатесы - те уходили за границу почти полностью. 

      Сегодняшняя ситуация в рыбной отрасли зеркально отражает ту, что была пять лет назад, хотя Путин, его комиссия серьезно пытались поставить заслон рыбной мафии. Они подготовили аналитическую записку, а главное - наметили кардинальные меры по наведению порядка. По меньшей мере три важных пункта из тех известных мне мероприятий выполнены. Вот они: 

      В полном составе расформирована коллегия Госкомрыболовства во главе с ее председателем Родиным. 

      Налажен космический мониторинг дислокации судов в Мировом океане. До этого браконьерские посудины совершенно бесконтрольно выходили в моря, ловили краба, морского ежа, лосося, сходились борт в борт с иностранцами, перегружали дары моря, получая взамен наличную валюту, либо нелегально доставляли их в порты сопредельных стран. 

      Главными контролерами за деятельностью российских и иностранных рыболовных компаний в нашей экономической зоне стали пограничники. 

      В начале 2000 года, когда меня избрали в Госдуму, Путин, тогда еще не президент, но премьер-министр, принимал в Кремле группу независимых депутатов. Я спросил его, почему не выполнены все намеченные меры по борьбе с рыбной мафией? 

      - Знали бы, чего стоило выполнить только один - первый пункт о расформировании коллегии Госкомрыболовства, - сказал будущий президент России. - Я дважды готовил проект документа по этому поводу, отдавал в секретариат президента, и там его дважды теряли. И только когда передал бумагу из рук в руки Борису Николаевичу, решение состоялось. Но мы доведем до конца намеченное в полном объеме... 

      Пока что все попытки официальных властей побороть рыбную мафию наталкиваются на ее сплоченное сопротивление. В мафиозные структуры влились новые влиятельные силы из правительственных и правоохранительных ведомств. Да и прежние мафиози за пять лет прошли хорошую выучку, как можно изощренно обходить препятствия, время от времени возводимые на их пути.

 

Квота - фиговый листок браконьера

 

      Своим чуть ли не главным достижением в деле «наведения порядка» в отечественном рыболовстве нынешнее руководство федерального профильного комитета считает продажу квот на вылов особо ценных пород рыб и морепродуктов на аукционных торгах. Недавно, выступая в Госдуме на «правительственном часе», председатель Госкомрыболовства Евгений Наздратенко посетовал, что квоты значительно недоосваиваются и нашими, и иностранными рыбаками. 

      Это, как и многое другое, о чем говорит Наздратенко, была поспешная выдумка. Ему ли не знать, что только в портах Японии из наших морей сдается ценных пород рыб и морепродуктов в 7-10 раз больше выделенных квот, а средний неучтенный ежегодный доход только от продажи краба составляет 576 миллионов долларов! 

      Сотни примеров каждый день подкрепляют эти печальные выкладки, и о некоторых мы расскажем. Но прежде - об истоках порочной системы. 

      На Дальнем Востоке все знают, что основа политической непотопляемости бывшего приморского губернатора Евгения Наздратенко во многом определялась его особыми отношениями с тамошними рыбными столпами-президентами: холдинговой компании «Дальморепродукт» Юрием Диденко, фирмы «Роллиз» Сергеем Дарькиным, Преображенской базы тралового флота Олегом Кожемяко. Диденко с его «Дальморепродуктом» скатился на грань банкротства, о чем мы подробно расскажем, Дарькин, заменив Наздратенко в губернаторском кресле, из закадычного друга превратился в злейшего врага. Остался у бывшего хозяина Приморья один оплот - Кожемяко. Дарькин ему «перекрыл кислород» в родном крае, и Наздратенко решил вывести друга на новые стратегические просторы. Куда? Все «лакомые куски» давно распределили... 

      ...На юго-западе Камчатки есть такое сказочное место - озеро Курильское, нерестилище самой вкусной и дорогой рыбы нерки. Здесь ее успешно добывали и перерабатывали на собственном рыбоконсервном заводе № 55 рыбаки фирмы «Дельта», которой руководил Юлий Любарский. Фирма процветала, а завод принимал деликатесную рыбу еще от доброй сотни камчатских компаний, участвовавших в ее добыче. 

      Бизнес Любарского в одночасье пошел прахом. Его предприятие просто лишили квот... В это же время (странное совпадение, не правда ли?) Юлия Борисовича зверски избили до полусмерти молотками. Бандитов, естественно, не нашли. 

      Я разговаривал с Любарским. Он категорически отвергает версию организации его избиения возможными конкурентами. «Зачем? Фирму и без того удушили, не дав ей квоты...» 

      Весь промысел камчатской нерки вместе с рыбоконсервным заводом полностью отошел к Олегу Кожемяко. Уж он-то квоты имеет сполна. Пригнал на Камчатку мощнейшую плавбазу «Томск». На ней около четырехсот рыбаков. Нерку принимают только сами, со всех одиннадцати неводов. Прежде на приемке на каждом неводе было по нескольку камчатских рыбацких судов. 

      Но добыча нерки - дело сезонное. В другое время Кожемяко ставит «Томск» на приемку минтая. Тут странностей тоже немало. Например, администрация Камчатской области выделила рыбоконсервному заводу № 55, который не имеет своего флота, бесплатную квоту на вылов трех тысяч тонн минтая. РКЗ-55 заключает с Преображенской базой тралового флота (то есть сам с собой, так как один хозяин) договор о совместной деятельности по освоению минтая. Но завод остается совершенно в стороне: суда Кожемяко ловят минтай, сдают рыбу на его же плавбазу, там перерабатывают и продают за границу. А ведь администрация области выделила РКЗ-55 так называемую специальную квоту, которая должна идти на поддержку только береговых рыбоперерабатывающих предприятий. В нашем случае задействован не камчатский берег, а приморская плавбаза. Даже налоги и те «Томск» обязан заплатить в Приморье, по месту приписки. 

      Необъяснимая «щедрость» камчатского губернатора Машковцева станет еще более необъяснимой, когда все того же Олега Кожемяко власти области попытаются спасти от уголовной ответственности. 

      Недавно, в конце июня нынешнего года, госинспектор Камчатской спецморинспекции Минприроды РФ Юрий Бельмесов вместе с сотрудниками камчатских управлений ФСБ и МВД досмотрели плавбазу «Томск» и обнаружили на ее борту неучтенного минтая на сумму более семи миллионов долларов! Капитан - директор «Томска» Александр Дмитриев дал по этому поводу наивное и смешное объяснение: «Излишки продукции объясняю слабым контролем со стороны ответственных за это лиц». 

      По факту банкротства было возбуждено уголовное дело. А дальше включились некие мощные и неведомые силы: судно запретили арестовывать и препровождать в порт для разбирательства. Плавбаза отпущена, браконьерская продукция не перегружена на склады...

 

Тихо на границе. Но не верьте этой тишине

 

      Есть у меня грех на душе, в котором должен публично покаяться. Пять лет назад, когда готовил материалы журналистского расследования «Мафия и море», сложилось у меня убеждение, что тогдашние «охранители» отечественных биоресурсов - специальное подразделение Госкомрыболовства - самые что ни на есть первые разбойники и воры. Я тогда подробно описал, как они на патрульных судах «челночили» на Хоккайдо и обратно, загружая на борт электронику, иномарки, полученные «в благодарность» от японских браконьеров, как брали у них же на мелкие расходы за раз по 130 тысяч долларов... Это факты из уголовного дела, возбужденного тогда японской полицией. 

      В газетных публикациях, в разговорах с членами путинской комиссии я горячо ратовал за передачу охраны наших морских богатств пограничникам, как тогда казалось, самым неподкупным, самым ответственным и принципиальным. Свершилось. Теперь самое время посмотреть, что из этого вышло? 

      ...Говорят, по капле можно познать вкус океана. Почему бы по ситуации в отдельно взятом районе российской исключительной экономической зоны, близ о.Парамушир (Северные Курилы), опять-таки за исключительно короткий временной период (он приблизительно совпадает с моментом обнаружения браконьерского улова на плавбазе «Томск»), не представить себе масштабы наших рыбных потерь? 

      Итак, держим в уме семь миллионов долларов за уворованный минтай, который обнаружила бригада госинспектора по охране природы Ю.Бельмесова на «Томске». Все тот же Бельмесов со товарищи, заметьте, на арендованном судне «Карат» (своего-то нет) патрулирует район лова близ Парамушира, досматривает два японских траулера «Тайко Мару-63» и «Тора Мару-58». На обоих - около двухсот тонн ценных видов морепродуктов, естественно, неучтенных. Очередной ущерб государству - без малого полмиллиона долларов. 

      На следующем траулере - «Кайе Мару-28» - по документам значится выловленным малоценный кальмар - 156 тонн. На самом деле кальмара всего... одна (!) тонна. Морозильные камеры забиты палтусом, треской, минтаем... И здесь нашу страну обокрали еще на полмиллиона долларов! 

      В том районе промышляли 14 японских траулеров. Они имели разрешение на вылов трех тонн минтая. Отметим важное: на каждом иностранном судне на все время промысла в наших водах находится особый контролер - госинспектор пограничной службы. Ему предписано радеть о государственных интересах так, чтобы лишний рыбий хвост не попал бесплатно в чужие сети. Ан, получается, что иные инспекторы-пограничники вроде Сергея Рачинского, который «контролировал» «Кайе Мару-28», оказывается, кальмара от палтуса отличить не могут и в счете ошибаются в иностранную пользу на сотни тонн... 

      С тех же пределов еще один весьма показательный пример. Когда Бельмесов досматривал японские суда, в районе лова находилось еще несколько траулеров этой страны. Рядом стоял патрульный корабль пограничников. Как и положено по плану взаимодействия органов охраны, Бельмесов обратился к руководству Северо-Восточного регионального управления погранслужбы с просьбой досмотреть оставшиеся в районе промысла иностранные суда, поскольку - в этом инспектор абсолютно убежден - и на них находились браконьерские морепродукты в огромном количестве. Как отреагировали пограничники? Они позволили всем японским траулерам спокойно сняться с якоря и отбыть в родной порт Кусиро без досмотра. 

      После задержания «Тайко Мару-63» и «Тора Мару-58» остальные 12 японских судов в район промысла больше не вернулись, хотя у них еще оставались промысловое время и неосвоенные квоты вылова. Они свое взяли. И не только свое - наше. Специалисты Камчатской спецморинспекции по охране природы произвели расчет вылова японскими траулерами, используя материалы по фактической работе двух задержанных судов. За основу брался вылов за одно траление. Ориентировочный перелов квоты по минтаю по 14 траулерам составил 3,5 тысячи тонн - вдвое больше разрешенного! При соучастии в этом преступлении наших пограничников. 

      Против японских капитанов-браконьеров возбуждены уголовные дела. А какую ответственность понесет их «крыша» - госинспекторы погранслужбы? Наверное, никакую, поскольку их взял под свое «крышевание» аж сам начальник Камчатской госморинспекции Северо-Восточного регионального управления федеральной погранслужбы капитан 1 ранга В.Грабов. После этих событий он издал распоряжение, в котором требует «пресекать все попытки проведения контрольно-проверочных мероприятий» другими ведомствами без согласования с ним.

 

Не мешайте воровать, в самом деле!

 

      ...Только за одно патрулирование бригада Бельмесова выявила ущерб, нанесенный России почти в десять миллионов долларов! Теперь обратимся к справке начальника Управления по надзору за исполнением законов Генеральной прокуратуры Т.Пахоменко. Она пишет: «...эффективность работы контролирующих и правоохранительных органов по выявлению и пресечению правонарушений в сфере охраны рыбных запасов составляет 1,5 процента от объемов совершаемых правонарушений соответствующей направленности». Зная это, нетрудно подсчитать, «сколько вытекло портвейна из открытого бассейна».

 

Где грязные деньги - там нет чести

 

      Если раньше покровительство оплачивали в основном преданностью и послушанием, то теперь еще и чемоданчиками с «зеленью». Знающие люди называли мне умопомрачительную цифру - сколько стоит место инспектора в системе пограничной госморинспекции. Они и получают там очень даже неплохо - до ста долларов только командировочных за каждый день пребывания на борту иностранного судна во время путины. А если еще и глаза закрывают на перелов... 

      У инспектора-пограничника Карагодина из Магадана, например, таможенники изъяли, когда он сходил с борта иностранного рыболовного судна, 54 тысячи долларов. Плата «за понимание». Иные инспектора за время путины «наваривают» по 150-200 тысяч долларов. И что уж тут талдычить о морали, преданности Родине - наступает темная власть жадной глотки. 

      Дело доходит до совершенно постыдного крохоборства. Например, существует порядок, утвержденный постановлением правительства, по которому все конфискованные морепродукты пограничники в обязательном порядке должны передавать наделенному правом их реализации Российскому фонду федерального имущества. Но начальник Тихоокеанского регионального управления ФПС РФ генерал-полковник Павел Тарасенко так любит свою отдельно взятую воинскую часть 2306, что личной телеграммой распорядился отдать бойцам «на улучшение котлового питания» 5650 килограммов конфискованного краба камчатского (цена которому 10-12 долларов за килограмм. - Б.Р.). До этого его заместители направили в ту же в/ч еще 5635 килограммов краба. 

      Не стало ли плохо воинам-пограничникам от неумеренного поедания деликатесного продукта? Успокоила прокуратура Приморского края, сообщив: «Передача рыбопродукции на улучшение котлового довольствия не производилась». Не анекдот ли: съесть-то он съест, да кто ж ему даст... 

      Тогда поинтересуемся: куда на самом деле подевали одиннадцать тонн краба, на деньги, вырученные от продажи которого можно было бы целый месяц обеспечивать «пайковым довольствием» почти три тысячи офицеров и прапорщиков прославленного Тихоокеанского погрануправления?! 

      Грустно, но приходится признать, не пограничники одолевают рыбную мафию, мафия подминает под себя охранителей российских рубежей и отечественных морских ресурсов. Я встретился со многими моими давними друзьями - дальневосточными пограничниками. Одни еще служат, другие - уволились в запас. Мы говорили о том, о чем давно уже идут пересуды в офицерской среде. Например, о весьма сомнительных контактах отдельных высокопоставленных командиров с не менее сомнительными рыбными фирмачами. Эти пограничные начальники работают «на дружбу» своеобразно: дают команду подчиненным «нещадно проверять такие-то и такие-то суда», дескать, есть оперативная информация об их злоупотреблениях. На самом деле все просто: так «зажимают» конкурентов, а для «дружественных фирм» соответственно создают «крышу». 

      Секреты еще одной «технологии взаимодействия» некоторых командиров-пограничников с отечественной рыбной мафией открыл мне недавний командир сторожевого пограничного корабля, который базировался на Сахалине. Связаны эти секреты с так называемым дрифтерным ловом лосося. Вообще-то морское право запрещает дрифтерный промысел - это четырех-пятикилометровые заглубленные дрейфующие сети. У нас так рыбачить разрешено в «научных целях». Попасть в научную программу обыкновенной фирме без высоких покровителей невозможно. Тогда-то и приходят на помощь пограничники. Заключают с некоей «дружественной» компанией договор, по которому она выделяет охранителям рубежей в помощь для борьбы с браконьерами свое судно с условием: если команда обнаруживает дрифтерную сеть, она ее выбирает, продукцию поднимает на борт и сдает на реализацию. Дальше - так: 

      Вышел сейнер-помощник на патрулирование, а от берегов Хоккайдо тут же отчаливает и устремляется в район лова другая посудина этой же компании с дрифтерной сетью на борту (стоит такая сеть, кстати, от 150 до 200 тысяч долларов). Поставили сеть и - опять на Хоккайдо. А к сети, между прочим, пришпандорен радиобуй, частоту которого знает только капитан патрульного судна. Выводит он свой корабль на сеть, поднимает на борт 5-8 тонн отборного лосося и спешит сдать его на Хоккайдо. Там перегружает сеть на то же судно, которое ее сбрасывало, и составляет акт «Об уничтожении запрещенного орудия лова». Затем все повторяется. 

      

Рыбаки говорят: месяц на дрифтерном лове лосося - и можно год не работать...

 

      То, о чем рассказал, - лишь узелки в мафиозном спруте безудержной наживы, развращающей людей и даже целые ведомства. Как с этим бороться? Кто, как и какую политику ведет в рыбной отрасли страны - об этом в следующем материале.

 

Борис Резник, спецкор «Известий»;

депутат Госдумы,

член парламентской комиссии по борьбе с коррупцией,

член президиума Российского национального антикоррупционного комитета.

«Известия»,17.07.02.

----------

 

МАФИЯ И МОРЕ-2

Кто определяет рыбную политику страны

 

      Не везет Госкомрыболовству, ох не везет... За четыре года и несколько месяцев, прошедших со времени, когда по предложению Путина там расформировали всю коллегию во главе с ее председателем Александром Родиным, в ведомстве - пятый руководитель. Правление почти каждого сопровождают неутихающие «квотовые войны» и связанные с ними злоупотребления. Редко, но случается, когда отправляют вчерашних рыбных властителей на тюремные нары. 

      В мае нынешнего года Мещанский межмуниципальный суд Москвы приговорил первого заместителя председателя Госкомрыболовства Михаила Дементьева к пяти годам лишения свободы. Почему-то одного, хотя старший помощник генерального прокурора России Тамара Пахоменко выносила постановление о возбуждении уголовного дела, где кроме Дементьева был второй фигурант - председатель Госкомрыболовства Юрий Синельник. На самом деле, если судить по постановлению, как раз второй-то и являлся первым. Это Синельник дал разрешение на вылов 150 тонн крабов некой криминальной фирме «Фал» в счет квот ничего про то не ведающей администрации Магаданской области и даже до выхода правительственного постановления, утвердившего ОДУ (общие допустимые уловы). 

      Это Синельник выделил квоту на вылов крабов аж в 3000 тонн ЗАО «Соврыбфлотвосток», которое не имеет ни одного судна-краболова. А Орловская транспортная экспедиционная компания не имеет не только судов, но и... водоема, из которого могла бы выловить 10 000 тонн минтая и 300 тонн терпуга по квотам, которыми одарил ее Синельник. Квоты не были освоены, государству причинен ущерб только по этому эпизоду на сумму 841 000 долларов! 

      С Синельником все ясно, а что Дементьев? Он распорядился вдвое урезать квоты на вылов краба ООО «Корякаквапром» и отдать их в ООО «Поллукс». Больше про Дементьева в постановлении о возбуждении уголовного дела нет ни слова. Однако, он в тюрьме, а Синельник - на свободе. Какая в том интрига? 

      В Генеральной прокуратуре, в Главном управлении по борьбе с экономическими преступлениями МВД, в Следственном комитете МВД мне рассказывали, что в разгар следствия, когда Синельника крепко поприжали фактами его противоправной деятельности на посту рыбного министра, он вдруг заявил, что министр-то он не настоящий, а «засланец» - офицер действующего резерва внешней разведки. Прокуроры, оперы, следователи оторопели. Такого на их памяти еще не бывало, чтобы чекист, не сняв погоны и не распрощавшись со своим прежним ведомством, занимал высшие посты в государстве! И федеральные законы «О внешней разведке», «О государственной безопасности» категорически запрещают подобное. 

      К моменту, когда Синельник объявил о своей принадлежности к спецслужбе, оперативно-следственная группа наработала около 70 томов уголовного дела, материалы которого изобличали председателя Госкомрыболовства в серьезных злоупотреблениях, преступлениях. 

      - Я была готова предъявить Синельнику обвинение по 286-й статье (именно по этой статье Дементьев осужден на 5 лет. - Б.Р.), - рассказывала мне следователь Следственного комитета при МВД РФ полковник юстиции Ольга Воробьева. - В деле много документально доказанных эпизодов противоправной деятельности Синельника, оно, несомненно, имело судебную перспективу. 

      Синельник угрожал следователю и по телефону, и в ее кабинете в присутствии членов оперативно-следственной бригады. Говорил, что через пару месяцев дело прикроют, а с ней он еще разберется... 

      Так и случилось. В начале нынешнего года дело Синельника было приказано передать в Главную военную прокуратуру, поскольку спецслужба подтвердила его принадлежность к ней. Главная военная прокуратура переправила все семьдесят томов в Московскую городскую военную прокуратуру, а там, не произведя ни одного следственного действия, дело прекратили за... отсутствием состава преступления. 

      Так свершилось очередное циничное попрание законности. Как член парламентской комиссии по борьбе с коррупцией, я намереваюсь получить внятные ответы: кто, каким образом, для каких целей внедрил Юрия Синельника, имеющего весьма путаную биографию, уже привлекавшегося по прежнему месту жительства в г.Калининграде к уголовной ответственности, на высокий пост председателя Госкомрыболовства? На чей мафиозный клан он работал? Кто приложил руку к тому, чтобы без всяких на то оснований прекратить его уголовное дело? Почему особый государственный институт, каковым является внешняя разведка, компрометирует себя наличием подобных сотрудников? 

      Дело Синельника, к неудовольствию его высоких покровителей, к числу которых - точно знаю - относятся бывший вице-премьер Николай Аксененко и бывший управляющий делами президента Павел Бородин, имеет одну особенность: оно вылезло наружу. Но только в моих досье множество документов, свидетельствующих о том, что другие руководители Госкомрыболовства делали и делают то же самое. В этом ведомстве непобедима практика келейного безудержного и неконтролируемого расточительства. Нельзя сказать, что она поощряется другими государственными институтами. Однако некоторые весьма влиятельные чиновники, работающие в них и крепко спаянные с рыбной мафией, «плотинно» стоят на охране незыблемости воровских схем функционирования отрасли. Что это за схемы?

 

Как Сиэтл стал рыбацкой столицей России

 

      Однажды гуляли мы по Сиэтлу с сотрудником нашего генерального консульства. Завел он меня в очень богатый район, где в густой зелени утопали роскошные виллы. 

      - Здесь обустроились российские рыбаки, - объяснил дипломат. Алхазов, Шагнагаев, Никитенко и прочие. Можете представить, почем тут особняки, если по соседству живет самый богатый человек в мире Билл Гейтс... Так что Сиэтл - рыбацкая столица России, - пошутил мой товарищ. 

      Все знают, что «рыбные» деньги, как никакие другие, в огромном количестве уходят из России за рубеж. И преуспели в этом отнюдь не браконьеры. За последние годы построены различные экономические схемы функционирования рыбопромысловых компаний и промыслового флота. И они вполне соответствуют действующему российскому законодательству. Однако именно в них заранее и специально заложен ущербный для экономики страны легальный канал вывода «рыбного» капитала за пределы России. Пожалуй, на первенство здесь может претендовать превращенная в жульническую система бербоут-чартера. 

      Бербоут-чартер сам по себе безобиден. Это всего лишь аренда иностранного судна без экипажа на длительный срок - до десяти лет - с правом последующего выкупа. Как этим пользуются наши рыбопромышленники? Примерно так. 

      Некий российский гражданин (но это может быть и иностранная компания) регистрирует в оффшорной зоне, например в Гондурасе, фирму. Покупает там, а если иностранец - предоставляет российскому пользователю современное рыболовное судно. Затем прибывает, скажем, во Владивосток и создает там рыболовную фирму. Свое гондурасское судно сдает в аренду своей же владивостокской фирме на условиях бербоут-чартера с оговоркой, что менеджмент - ремонт, снабжение, поставку оборудования, смену экипажа, реализацию продукции - будут осуществлять дочерние предприятия гондурасской фирмы. 

      Далее все просто. Российский пользователь или же иностранная фирма, получив лицензию на промышленное рыболовство, квоты, разрешения на промысел в российской экономической зоне, запускают схему. Зарубежные «партнеры» - хозяева судов, владелец российской компании-арендатора за счет завышения технологических расходов (поставка топлива, судоремонт, снабжение и т.д.) и значительного занижения стоимости продукции, ее перелова получают колоссальные прибыли. При этом каких-либо выверенных расчетов с владельцами судов сделать как бы невозможно. Они твердят: выделяется мало квот. В самом деле мало. Это автоматически увеличивает срок аренды, то есть доступ к российским ресурсам. Результат: довольны, богаты, счастливы владельцы судов, в эйфории арендаторы (как знаем, часто это одни и те же лица). Внакладе только Россия - ограбленная, беззащитная, униженная... 

      «Работать на рыбе» в нашей стране (конечно же не простым рыбаком) - это значит, как они говорят, быть «упакованным» на всю оставшуюся жизнь. О чем речь, если бывший министр могучего союзного Минрыбхоза Николай Котляр, его заместитель Евгений Ширяев отлично себя чувствуют, став «колхозниками», вернее, учредителями приморского колхоза «Восток-1». «Работой на рыбе» дорожат, и всякая мало-мальски устойчивая фирмочка стремится заполучить «своих людей» во властных, правоохранительных структурах столицы. 

      Знакомый чиновник из контрольного ведомства рассказал такой случай. 

      Некий не самый крутой фирмач из Владивостока продал своей же гонконгской фирме старую плавбазу, но не исключил ее из реестра. Затем гонконгская фирма сдает эту плавбазу в аренду в Россию ее вчерашнему хозяину на условиях бербоут-чартера, она ходит, как и прежде, под российским флагом. Выявили это, признали сделку незаконной, формальной. Что тут началось! Бедного чиновника одолели звонками сначала однокашники, потом сослуживцы по прежнему месту работы, потом позвонили из аппарата правительства... Он сдался, когда помощник одного из аудиторов Счетной палаты от имени шефа передал пожелание «отнестись с пониманием»...

 

      Схем лоббирования, обхода законов и правил существует великое множество. В этих делах непревзойденный мастер Евгений Наздратенко. 

      Два года назад иностранцев предупредили, что в нынешнем году для них будет приостановлен промысел минтая в исключительной экономической зоне России в Охотском море, а аукционы по продаже квот теперь проводятся только для российских участников. Казалось бы, кому, как не председателю Госкомрыболовства, быть главным радетелем за интересы родного государства, отечественных промысловиков? В апреле съездил Евгений Иванович в Сеул, а в мае пишет председателю правительства Михаилу Касьянову: 

      «...Острое недовольство не только рыбаков, но и широкой корейской общественности введенными в 2002 году российской стороной ограничениями все активнее используются корейской оппозицией в борьбе против своего правительства. Последствия социального недовольства и жесткой политической кампании в конкретных условиях сегодняшней Республики Корея могут оказаться непредсказуемыми, а главное - негативными для России...» 

      Вот такие демонические страсти-мордасти. Вот такая нежная, прямо-таки отеческая забота о бедной, доедающей последний рыбий хвост Республике Корея. И что же предлагает Наздратенко премьер-министру? «...Рассмотреть возможность выделения корейской стороне дополнительной квоты на вылов водных биоресурсов путем перевода квоты, выделенной на научно-исследовательские цели (в рамках одного процента ОДУ)». 

      Напомню, недавно выступая в Думе, сам же Наздратенко кручинился: мало, дескать, выделяем квот на научные цели. Для Дальневосточного бассейна, например, не более двух процентов от общих допустимых уловов (ОДУ). И что?? Один процент мы теперь должны отдать Корее. А ну, как и Северная Корея захочет, и Япония, и Китай и бог весть кто?.. Или крепить правительственные режимы своей рыбой мы должны только тех стран, куда нанес визит Наздратенко? 

      Зря Евгений Иванович так тяжко переживает за братскую республику Южная Корея, за ее экономическую стабильность. И в этом году южнокорейцы себя не обидели, урвали при прямом попустительстве Евгения Ивановича, как говорится, по полной программе дальневосточного минтая. По очень даже простой схеме. 

      Южнокорейская фирма «Шинву», предупрежденная, что нынче ее не допустят на промысел минтая в российскую экономзону Охотского моря, заблаговременно подготовилась к этому. Она профинансировала приобретение четырех БАТМов - больших автономных траулеров-морозильщиков польской постройки и передела их в управление созданной в Магадане Северовосточной морской компании, которую возглавил российский гражданин Ко Чен Гу. Эта компания, как и любая другая российская, участвовала в аукционах, а продукцию - минтай - в огромных количествах отправляла прямиком в Южную Корею.

 

Испанская рапсодия

 

      Я вот думаю, это ж на каком уровне Наздратенко надо иметь «поддержку», чтобы до самого что ни на есть предела сохранять командные посты сначала губернаторский в Приморье, теперь вот председательский в Госкомрыболовстве при полном развале дела и всеобъемлющем глобальном жульничестве? Даже при том, что Наздратенко и на прежнем посту, и на теперешнем успел приложить руку к «афере века» - и ныне продолжающейся истории, совершенно невозможной ни в одной стране мира, кроме как в России. 

      Она начиналась в самом конце восьмидесятых, когда было задумано переустроить отечественный рыбопромысловый флот по новейшим мировым образцам. Таких судов на лучших мировых верфях заложили больше сотни. Создавали их на деньги (полтора миллиарда долларов), взятые впервые в долгосрочные кредиты под гарантии советского правительства. Сразу скажу, все вновь построенные рыболовецкие суда постигла одинаковая участь, но то, что случилось, особенно отчетливо видно по ситуации вокруг 11 супертраулеров, построенных в Испании. 

      Осуществлением проекта руководило подразделение Минрыбхоза СССР «Рыбкомфлот», предусмотрительно создавшее в оффшорных зонах дочерние компании «Берген» и «Болеро». Строили «испанцев» под гарантии бывшего Минрыбхоза СССР, подтвержденные впоследствии уже российским Госкомрыболовством. 

      Новенькие супертраулеры на условиях долгосрочного лизинга получила Владивостокская база тралового и рефрижераторного флота и передала их в свое структурное подразделение - ЗАО «Супер». Поскольку владельцами судов значились компании «Берген» и «Болеро», руководители «Супера» заключили с ними по каждому супертраулеру договоры бербоут-чартера. Проще сказать, приняли на себя ответственность по исполнению всех финансовых обязательств оффшорных компаний перед банками-кредиторами. Погашение кредитов должно было идти путем поступления вырученных от эксплуатации судов средств на счета, открытые «Рыбкомфлотом» в иностранных банках.

 

      «Супер» получил в аренду «испанцев» 1 января 1997 года. О том, что происходило дальше, подробно описано в уголовном деле № 18/24423-01, возбужденном 16 октября 2001 года Управлением по расследованию особо важных дел Генеральной прокуратуры по ст. 193 и ч. 2 ст. 291 УК РФ. «В связи с невозвращением из-за границы средств в иностранной валюте в крупном размере и дачей взятки должностным лицам Госкомрыболовства России». 

      Из протокола допроса председателя Госкомрыболовства Е.И. Наздратенко: 

      «В 1999 году, когда я занимал должность губернатора Приморского края, ко мне обратился генеральный директор ОАО ХК «Дальморепродукт» Диденко с просьбой ходатайствовать перед правительством о передаче 11 супертраулеров испанской постройки с баланса ЗАО «Супер» на баланс возглавляемого им предприятия... Я согласился на предложения Диденко и подписал соответствующее ходатайство на имя вице-премьера правительства Щербака...» 

      Вспомним об особых отношениях Диденко с Наздратенко, о том, что некоронованный рыбацкий король был одним из мощных финансовых столпов, на которые опирался тогдашний губернатор. Почему бы ради него не отобрать у какой-то фирмы 11 испанских супертраулеров и не передать их другу? Друг в долгу не останется... 

      И письмо Наздратенко вице-премьеру, и последовавший за этим приказ № 170 от 29 июня 1999 года тогдашнего председателя Госкомрыболовства Николая Ермакова «О передаче судов из ЗАО «Супер» в ОАО ХК «Дальморепродукт» совершенно незаконны. Госкомрыболовство не имело права на издание приказа о перераспределении судов, так как не является хозяйствующим субъектом. Неужели никто из специалистов рыбного ведомства не узрел грубейших нарушений закона в связи с подготовкой приказа № 170 и не попытался убедить Ермакова в том, что он не имеет права вмешиваться в имущественные отношения акционерных компаний? Такие люди были. Отказались визировать приказ как незаконный заместитель председателя Госкомрыболовства Александр Чистяков, начальник юридического отдела комитета Власов. Где они теперь? Догадаться нетрудно. Воровская система отторгает людей честных, знающих, толковых, компетентных. За то, чтобы вышел приказ, заплатили. Много. Об этом - позже. А пока проследим, как работали супертраулеры в компании «Дальморепродукт». 

      Диденко сразу передал их в учрежденную им фирму «Дальморепродукт Троулерс» (ДМПТ), которая заключила арендные соглашения по каждому судну с компаниями «Берген» и «Болеро». 

      Наздратенко, став к тому времени председателем Госкомрыболовства, лично опекал диденковских «испанцев». Они имели хорошие квоты, а когда у трех судов закончился срок пользования российским флагом, он, не дожидаясь оформления многочисленных документов, своей телеграммой на полгода продлил этот срок. 

      Валюта текла рекой, но при этом арендные платежи за пользование судами «Дальморепродукт Троулерс» не платил вовсе, а «Дальморепродукт» весьма нерегулярно и по чуть-чуть. Рыбу оставляли за границей, как, впрочем, и валютную выручку за нее. 

      В декабре 2000 года терпение руководителей компаний «Берген» и «Болеро» лопнуло, потому как задолженность по арендным платежам «Дальморепродукта» и его «дочки» составила 313 миллионов долларов. Судовладельцы в одностороннем порядке расторгли договора бербоут-чартера и в соответствии с английским законодательством обратились в Высокий суд справедливости Лондона с исками. Лондонский суд признал требования истцов обоснованными, обязал ответчиков вернуть супертраулеры их владельцам, а также выплатить им задолженность по арендным платежам в полном объеме. 

      Юрий Диденко участвовал в работе Высокого суда справедливости, сделал там сенсационное признание, от которого в волчьем страхе содрогнулись обитатели кое-каких высоких московских кабинетов.

 

Борис Резник, спецкор «Известий»;

депутат Госдумы,

член парламентской комиссии по борьбе с коррупцией,

член президиума Российского национального антикоррупционного комитета.

«Известия»,18.07.02. 

-------

 

ГОСУДАРСТВО БЕССИЛЬНО ПЕРЕД ПРЕСТУПНЫМИ КЛАНАМИ

Мафия и море -3. Расследование «Известий»

От редакции

 

      Сегодня мы завершаем публикацию журналистского расследования деятельности рыбной мафии в России. Идет ее тихое, но планомерное наступление по всем фронтам. Иногда эта тишина взрывается громом заказных убийств. У всех в памяти недавняя гибель главного пограничника Сахалина генерала Гамова. Он был заживо сожжен в собственной квартире - таких покушений на генералов Россия еще не знала. Его смерть породила самые невероятные слухи, домыслы, версии. Нет четкого ответа на вопрос: почему супруги Гамовы успели вытолкнуть мальчика из горящей квартиры, а сами остались в ней. Что они пытались спасти? Мы не берем на себя смелость утверждать, что абсолютно точно знаем, за что покарали Виталия Гамова. Но мы точно знаем: генерал Гамов волею судьбы попал в эпицентр кровавой борьбы различных кланов рыбной мафии. И одному из них стал неугоден. 

      Редакция располагает оперативными данными и многими подробностями из следственного дела. Пока мы не имеем права их разглашать. Но трагическая судьба генерала Гамова должна заставить верховную власть действовать с максимальной решительностью. Ведь у мафии нет профессиональной, ведомственной или национальной принадлежности. 

      Тихая волна, рождающаяся в глубинах моря, порой несет за собой цунами.

 

      Итак, Лондон, Высокий Суд Справедливости, процесс по искам компаний «Берган» и «Болеро» к фирмам «Дальморепродукт» и «Дальморепродукт Троулерс» о взыскании задолженности по арендным платежам за пользование одиннадцатью супертраулерами. Допрос ответчика - президента холдинговой компании «Дальморепродукт» Юрия Диденко.

 

      «Судья Крессвел: 

      - Вы говорите суду, что вам ничего не было известно о существовании гарантий Российской Федерации банкам, которые предоставили кредиты на строительство кораблей? 

      Диденко: 

      - Да, я говорю суду это.

 

      Судья Крессвел: 

      - Г-н Диденко, я собираюсь высказать это настолько вежливо, насколько смогу, но это - просто ложь, не так ли? 

      Диденко: 

      - Я не принимаю от вас это оскорбление.

 

      Судья Крессвел: 

      - Помните, что в октябре 1992 года вы просили г-на Ласкаридиса (греческий магнат-судовладелец, деловой партнер Диденко. - Б.Р.) выплатить авансом дивиденды из PTI (Pacific Trawlers Incorporated - совместная фирма Ласкаридиса и «Дальморепродукта». - Б.Р.) в размере 1,65 млн долларов США на конкретный счет в Сингапуре? 

      Диденко: 

      - Это не так. Деньги были необходимы, чтобы оплатить услуги, предоставленные в связи с ускорением приказа председателя Госкомрыболовства. Это был организационный период. Я попросил, чтобы г-н Ласкаридис сделал это.

 

      Судья Крессвел: 

      - Вы просили авансом выплатить дивиденды из PTI, потому что у вас был бенефициарный интерес в PTI, так? 

      Диденко: 

      - В то время я никогда не упоминал PTI. Это неправда. И разговор был очень простым. Я попросил его перевести деньги в счет услуг, которые были оказаны при подготовке приказа. Так и произошло.

 

      Судья Крессвел: 

      - Взгляните на документ F5/1255А, который указывает на платеж от 6 октября 1999 г. в сумме 1,65 миллиона долларов США, который вы попросили сделать г-на Ласкаридиса в качестве авансовых дивидендов в Юнайтед Овераз Банк на счет Синегал Петро ПТЕ Лимитед. Вы принимаете, что платеж был сделан, не так ли, на этот счет по вашему указанию? 

      Диденко: 

      - Да, по моей просьбе к г-ну Ласкаридису. Я попросил г-на Ласкаридиса перевести деньги за услуги группы людей, которые помогали разрешить проблемы с приказом № 170 (выделено мною. - Б.Р.)».

 

      Давайте осмыслим чудовищность сказанного российским рыбным магнатом Юрием Диденко под присягой в Лондонском суде. Как о привычном, рутинном, совершенно обыденном и само собой разумеющемся он говорит о взятке «группе людей» из правительства, Госкомрыболовства, которые помогали ему «разрешить проблемы» с изданием незаконного приказа № 170. Эти люди известны поименно. Они давали указания, готовили, визировали заведомо противоправный документ, приведший к тому, что страна не получила в свой нищий бюджет сотни миллионов долларов. Вот она, коррупция в чистом, совершенно неприкрытом виде! 

      Диденко переводит на взятки миллионы долларов в то время, как работники его крупнейшей в стране рыболовецкой компании по 5 лет (!) не получают зарплату. Вся страна в мае нынешнего года по всем телеканалам смотрела рыбацкую бузу, когда отчаявшиеся получить свою зарплату работники «Дальморепродукта» перекрыли главную автотрассу Владивостока. Это тогда начальник ГИБДД города подполковник Александр Лысенко ударил кулаком в лицо трехлетнюю Катю - дочку рыбообработчицы Светланы Демидовой. 

      Из-за шторы роскошного кабинета не менее роскошного офиса наблюдал за происходящим богатейший человек Юрий Диденко, который задолжал своим «неграм» всего-то 50 миллионов рублей. Ровно столько, сколько приказал перевести в Сингапур на счета взяточников. 

      Положение рядовых рыбаков в воровском рыбном сообществе очень даже незавидное. Здесь развращают людей пиратской браконьерской работой, насаждают холопскую зависимость от боссов - «денежных мешков», «больших карманов». Часто «братки»-уголовники по их приказу работают над тем, чтобы насмерть запугать экипажи судов: стерпят, и никто не рыпнется. Безграничная, несокрушимая власть рыбной мафии направлена на то, чтобы работающих на нее простых людей - моряков, рыбаков, рыбообработчиков сковал страх, чтобы они почувствовали себя ничтожествами. Отчетливо видны устремления мафиози встать над государственными институтами, низвести до положения «мосек» правоохранительные органы. 

Плач Ярославны

 

      Думаете, сколько за последние годы при премьерах Е.Примакове, С.Степашине, В.Путине, М.Касьянове было дано поручений на их уровне «об урегулировании ситуации вокруг супертраулеров испанской постройки»? 

      Семьдесят шесть! 

      Какой результат? Нулевой. 

      Вот документальные свидетельства абсолютной беспомощности власти. 

      Из письма директора Федеральной службы налоговой полиции М.Фрадкова вице-премьеру В.Христенко: 

      «В соответствии с поручением Правительства проведена проверка соблюдения налогового законодательства ОАО ХК «Дальморепродукт». В ходе нее использовались полученные из Лондона материалы Высокого Суда Справедливости, содержащие показания президента компании «Дальморепродукт» Диденко Ю.Г. о взаиморасчетах с иностранными партнерами. В результате было установлено и документально подтверждено уклонение от уплаты налогов руководством указанной компании на сумму около 100 миллионов рублей...» 

      Спасибо, конечно, Высокому Лондонскому Суду. Но поинтересуемся у г-на Фрадкина, за что его приморские налоговые полицейские деньги получают? Это был их и только их прямой профессиональный долг - «установить, документально подтвердить уклонение от уплаты налогов». 

      Из письма зам. начальника Административного департамента аппарата правительства А.Балыбердина премьер-министру М.Касьянову: 

      «...Руководство компаний «Дальморепродукт» и «Дальморепродукт Троулерс» препятствуют исполнению решения Лондонского Суда. Так, зам. директора ДМПТ В.Радчуком изъяты судовые документы на 11 супертраулеров, находящихся в порту Пусан (Южная Корея), а три судна продолжают незаконно удерживаться компанией «Дальморепродукт» в порту Раджин (Северная Корея). Компания «Берген» продолжает нести убытки, платежи по Соглашению не поступают, сохраняется угроза потери для России заложенных судов». 

      Из письма министра МВД Бориса Грызлова премьер-министру Михаилу Касьянову: 

      «Установлены факты злостного невыполнения президентом ОАО ХК «Дальморепродукт» Диденко Ю.Г. указаний в отношении возврата в Россию трех супертраулеров испанской постройки, удерживаемых в порту Раджин КНДР. Злоупотребляя служебным положением, Диденко Ю.Г. с помощью капитана Владивостокского рыбного порта Шерстобитова В.С. по подложным документам оформил судовую роль капитану Зателепе Г.П. Последний, прибыв с командой в корейский порт, препятствует допуску на корабли законных владельцев»... 

      От себя добавлю, что не только законных владельцев не пускает Зателепа на корабли, построенные на российские деньги. Он очень далеко и конкретно послал прибывшего в Раджин Генерального консула посольства РФ в КНДР. А еще налево и направо распродает судовое оборудование, имущество. На это, кстати, жалуется в своем письме на имя министра экономразвития Г.Грефа первый заместитель Генерального прокурора России Ю. Бирюков... 

      Подумайте: ж а л у е т с я!!! Высочайший прокурор!!!

 

      Как же хочется по примеру скандально известного писателя Владимира Сорокина ненормативно высказаться об абсолютной профессиональной импотенции наших охранительных служб, когда дело касается ограбления государства или других громких уголовных дел! Боюсь. Тут же привлекут за неправильную лексику на радость «Идущим вместе». Уж это-то у них отлажено. 

      Целый год Диденко насильственно удерживает не принадлежащие ему три российских корабля, которые он и без того сполна «выдоил» с максимальной для себя пользой. Восемь супертраулеров удалось вернуть под флаг России, они переданы рыбодобытчикам Приморского, Хабаровского краев по договорам бербоут-чартера. Было заключено Соглашение между Минфином России, Внешэкономбанком и компаниями «Берген-Рыбкомфлот», в соответствии с которым владелец судов мог бы рассчитываться с федеральным бюджетом и обеспечить переход супертраулеров в течение четырех-пяти лет в собственность российских компаний. Были бы сохранены рабочие места для российских рыбаков. Кроме того, соглашение открывало вполне реальные перспективы значительно увеличить платежи в федеральный бюджет, если обеспечить каждый траулер квотами на вылов минтая в объеме не менее десяти тысяч тонн. 

      За это активно стали бороться руководители территорий, где расположены фирмы - теперешние арендаторы «испанских» судов. Их не менее активно поддержал полномочный представитель президента России в Дальневосточном федеральном округе К.Пуликовский. 

      Увы, эти усилия наталкиваются на неприятие, открытое и скрытое противодействие со стороны председателя Госкомрыболовства Евгения Наздратенко. Совсем недавно он, что называется, «носил на руках» супертраулеры вместе с Юрием Диденко. Выделял сполна квоты, восхищался их производительностью и экологичностью. Забрали корабли у Диденко и разом по приказу Наздратенко компаниям - учредителям компаний-арендаторов этих траулеров незаконно и значительно срезали промышленные квоты. 

      Из письма полномочного представителя президента России в Дальневосточном федеральном округе К. Пуликовского первому заместителю руководителя администрации президента Д. Медведеву. 

      «...Вызывает недоумение позиция Госкомрыболовства России. Несмотря на прямые поручения председателя правительства М.Касьянова обеспечить скорейшее оформление судов на новых фрахтователей, регистрационные документы на суда и лицензии на промышленное рыболовство не оформлены. По этой причине новые фрахтователи не могут получить квоты на вылов минтая (ни приобрести через аукцион, ни получить промышленную квоту в своем регионе). Таким образом, суда пропускают самый продуктивный период промысла с января по март в Охотском море. В этих условиях при неблагоприятном развитии событий нельзя исключить того, что супертраулеры могут быть потеряны для Российской Федерации, так как являются предметом международного залога, а непогашенный долг остается за государством».

      Пуликовский не ограничился этим посланием. В конце декабря прошлого года во время встречи с президентом Путиным положил ему на стол документ, где есть такие строки: 

      «...Считаю, что для улучшения ситуации необходимо ускорить выход судов на промысел, их ресурсное обеспечение, а также выработать скоординированную позицию по использованию этих судов. 

      Учитывая изложенное, полагаю целесообразным дать поручение: 

      - Правительству Российской Федерации предусмотреть отдельной строкой выделение в 2002 году промысловых квот на вылов минтая и других видов биоресурсов в Охотском и Беринговом морях для новых российских фрахтователей супертраулеров, что создаст условия погашения внешнего долга Российской Федерации; 

      - Полномочному представителю президента Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе осуществить контроль за эффективной эксплуатацией супертраулеров в российской экономической зоне и координацию действий по данному вопросу соответствующих глав исполнительной власти субъектов Российской Федерации в целях скорейшего погашения задолженности перед федеральным бюджетом.» 

      Президент наложил резолюцию: «М.М. Касьянову, К. Б. Пуликовскому. С предложениями согласен. Организуйте исполнение. В. Путин». 

      Исполнено? Нет. Поручение президента даже не... зарегистрировали?! Вспомните признание самого Владимира Владимировича по поводу расформирования прежней коллегии Госкомрыболовства: «Я дважды готовил проект документа по этому поводу, отдавал в секретариат президента, и там его дважды теряли». 

      Неужели жива прежняя практика в кабинетах, недалеко отстоящих от самого главного кабинета в стране? 

      Наздратенко, его аппарат сделали все возможное, чтобы сорвать работу супертраулеров в нынешнем году. Устраивали долгие бюрократические проволочки с выдачей разрешений на право плавания под флагом Российской Федерации, без объяснения причин изымали у экипажей судов рыболовные билеты, по надуманным обстоятельствам запрещали промысел... В результате четыре супертраулера компании «Востокрыбфлот», например, из 36 дней нахождения в районе лова работали всего 9, понесли колоссальные убытки. 

      Как на это реагировал премьер-министр? 7 апреля в очередном письме на имя Путина пожаловался президенту, что Госкомрыболовства не выполняет поручений правительства, «... в результате суда не были допущены к аукциону по продаже квот на право добычи минтая в Охотском море». 

      И никакого спроса.

 

      Вообще, слово «ответственность», по-моему, никак не приложимо к нашей нынешней власти. Высоковажные персоны, сойдясь в полукруг в зале заседаний правительства, великодушно прощают друг другу то, чего прощать нельзя. Образуется «полукруговая» порука. Водопад их показного энтузиазма, со старым, как нынешний гимн, мотивом: «Жить стало лучше, жить стало веселей» никак не совместим с печальными реалиями российской жизни. 

И минтай может быть золотым

 

      Мне довелось бывать на минтаевой путине в Охотском море на рыбопромысловом судне. Там есть правило: все свободные от вахты - начальники, гости - идут шкерить рыбу: обрубают головы, очищают от кишок. Этим нехитрым делом почти на 90% отечественных добывающих судов и завершается процесс, называемый рыбообработкой. Затем рыбу морозят, продают оптом в Китай, Республику Корея по цене примерно 900 долларов за тонну. В этих странах минтай поступает на береговые заводы по его обработке. Превратив в филе, продукцию уже по цене 1500-1600 долларов за тонну отправляют в США, Германию, Норвегию, где тоже построили заводы по переработке российского минтая. Там режут на кусочки, укладывают в коробочки. Цена такого деликатеса - примерно 2,5 тысячи долларов за тонну. Высококачественная, не сильно перемороженная продукция идет в страны Западной Европы, а некондиция, в основном из Германии, с заводов города Бременхафен, возвращается в Россию, ее продают в наших супермаркетах по цене, в 3-4 раза превышающей ту, за которую она была отдана российскими рыбаками. Таким образом на наших ресурсах зарабатывают все, кроме федерального бюджета. 

      Между тем только современные, высокопроизводительные суда из той сотни, что построены под гарантии правительства (в том числе и испанские супертраулеры), могут выпускать ту самую конечную дорогую продукцию после глубокой, комплексной, практически безотходной переработки рыбы. Скажем, супертраулер испанской постройки может в сутки выбрать более 400 тонн минтая и полностью, без отходов переработать эту массу рыбы. Готовая продукция: филе минтая, икра минтая (дороже лососевой икры на мировом рынке в два раза), кормовая мука, фарш сурими (ценнейший продукт для приготовления блюд морской кулинарии). Рентабельность этих судов на порядок выше, чем наших старых БМРТ и БАТМов, которые производят только минтай без головы и могут за сутки переработать его не более 40-50 тонн. Кстати, Евросоюз ввел ограничения на поставку в свои страны диффростированного (дважды и более замороженного) сырья, что может нанести нашей экономике серьезный урон. Что делать? 

      Мы все про «испанцев» да про «испанцев», а ведь есть еще около сорока судов, построенных под гарантии правительства на верфях Германии и Норвегии. И по ним тоже не урегулированы отношения российских арендаторов и собственников судов, должны быть отработаны прозрачные схемы менеджмента, условия расчетов с федеральным бюджетом... Их бы максимально использовать, и не только в Охотском и Беринговом морях, где ресурсы изрядно подорваны. Еще несколько лет такой бесконтрольной, бездумной эксплуатации, и в этих морях уже нечего будет ловить. Пора бы вспомнить, что наш рыболовецкий флот весьма успешно вел промысел у берегов Африки, Австралии, Южной Америки и в других районах Мирового океана. Здесь России сызнова нужно создавать правовую базу: многие подписанные еще в советское время соглашения устарели, а у некоторых вообще закончился срок действия.

      У нас в стране когда-то была совсем неплохая рыбоперерабатывающая промышленность. Теперь она практически вся развалена. Экономических стимулов ее развития нет. Предприятия, которые еще работают, испытывают острую нехватку сырья и в подавляющем большинстве не в состоянии выпускать продукцию мирового уровня. 

      Когда-то в Приморье, помню, активно работали по развитию аква- и марикультуры. У нас все загубили, зато Китай, используя российские научные наработки, выращивает в год до двадцати миллионов тонн рыбы и морепродуктов. 

      Наша Госдума пять лет не может принять закон «О рыболовстве». Работа в правовом вакууме очень даже выгодна рыбной мафии. Мелкие рыбацкие фирмы, работающие под приглядом криминала и на криминал, плодятся, гибнут, опять плодятся в неисчислимом количестве. Несколько лет назад я был в командировке на островах Северных Курил. Они практически необитаемы, только в райцентре, в городе Северо-Курильске на Парамушире живут чуть больше двух тысяч островитян. Знаете, сколько там было зарегистрировано рыбодобывающих компаний? 335! В каждой - одна, две, три старые рыбацкие посудины. Сколько берут они биоресурсов, не знает никто, потому как только у нас продукцию за рубеж отправляют не через порты, а непосредственно из районов промысла. Так что с уловом к родным берегам сейнеры, траулеры практически не возвращаются. Без улова, впрочем, тоже. Отвадил наших капитанов делать это чиновный люд - партнер, организатор и покровитель рыбной мафии. 

      Вот что рассказал мне недавно мурманский рыбацкий капитан: 

      - Приходим мы в родной порт, становимся на рейде, я радирую нашим властям: оформляйте приход. Что тут начинается! Вслед за портовыми чиновниками, пограничниками, таможенниками появляются: карантинная служба, пожарные, ветеринары, рыболовная инспекция... Каждый дергает лично капитана. Придираются, почти внаглую вымогают угощение, подарки, взятки. Не дай бог, обнаружат какое-то нарушение, предложат дело «замять». И опять плати. Потом подтягиваются на борт бандиты, «братки»: давай делись, в натуре... Словом, решили мы эти проблемы просто: больше в Мурманск не заходим. Идем в норвежский порт Киркинес. Там снимаю команду, ребята домой в Мурманск едут на автобусе или летят самолетом - всего 480 километров. В Киркинесе ремонтируем судно, буксируемся... 

      Ситуация, как понимаете, весьма типичная. Валюта за судоремонт, снабжение, стоянку и т.п. остается за рубежом. Вздумай наш капитан, скажем, заменить дизель в родном Мурманском порту, кроме всех ремонтных работ он еще должен будет заплатить таможенную пошлину в 25 процентов от стоимости судна! 

      Воистину, глупость - это не отсутствие ума. Это такой ум. 

      А норвежское правительство недавно сняло все ограничения и сборы с российских судов в местах их традиционного захода.

 

      ...Говорят, победить коррупцию как явление нельзя, она существует во всем мире. Но мир, чем дальше, тем больше осознает, что Россия выходит на самые передовые рубежи по показателям коррумпированности. Если наше общество не окоротит мафию, в том числе и рыбную, мафия будет править страной. Что для этого нужно прежде всего? Убежден: политическая воля нашего президента. 

      Владимир Владимирович, для начала давайте хотя бы выполним сполна все, что наметили пять лет назад, - после той «известинской» публикации «Мафия и море». А начинать, думаю, нужно опять с пункта № 1 - расформирования коллегии Госкомрыболовства во главе с ее председателем Евгением Наздратенко. 

      Обидно, если еще через пять лет вновь придется писать о мафии и море.

 

Борис Резник, спецкор «Известий»;

депутат Госдумы,

член парламентской комиссии по борьбе с коррупцией,

член президиума Российского национального антикоррупционного комитета.

«Известия», 22.07.02

--------

 

МАФИЯ И МОРЕ-4

 

По нынешним временам событие не частое: три обширные статьи “Мафия и море” (“Известия”, № 124-126, 2002 г.) перепечатали 14 российских периодических изданий, 22 телерадиокомпании посвятили им отдельные передачи либо комментировали в обзорах прессы.

 

Это само по себе индикатор актуальности проблемы и показатель озабоченности ею российского общества.

 

Отклики мешками, как прежде, теперь в редакции не носят. Пишут их куда как реже: одни по причине дороговизны почтовых отправлений, другие предпочитают почту электронную. И все же “Известия” получили немало читательских отзывов, объединенных одной мукой и одним вопросом: почему молчит и бездействует власть, когда ей такое рассказали?.. Опубликованные читательские письма на эту тему заняли целую полосу (“Известия”, № 171, 2002 г.). Получился этакий прикидочный анализ под заголовком “Русский Уотергейт. Способна ли наша пресса отправить чиновника в отставку?”.

 

Сразу скажу: при том что шокирующая безнаказанность рыбных мафиози остается незыблемой, власть все же обратила внимание на поднятую нами в очередной раз проблему глобального расхищения отечественных биоресурсов.

 

Проверку Госкомрыболовства ведет контрольное управление при президенте России. Дочерние предприятия рыбного ведомства “шерстит” Счетная палата.

 

Премьер-министр М. Касьянов дал поручение главе Минэкономразвития Г. Грефу рассмотреть публикации газеты “Известия” “Мафия и море” “с участием заинтересованных ведомств и доложить по существу изложенных фактов”.

 

Во время недавнего визита на Дальний Восток В. Путин в своих выступлениях много говорил о необходимости наведения порядка в рыбной отрасли и поручил секретарю Совета безопасности В. Рушайло в ходе подготовки специального заседания Совбеза особо изучить этот вопрос, чем и занималась потом большая бригада специалистов.

 

Наконец, директор ФСБ Н. Патрушев в начале сентября провел в Южно-Сахалинске совещание дальневосточных начальников управлений своего ведомства по проблемам борьбы с преступностью в сфере расхищения рыбных ресурсов региона.

 

Не берусь утверждать, что эти очередные и довольно одиозные меры сами по себе принесут стране ощутимую пользу, но почему бы не предположить, что они наконец станут толчком для принятия важных и давно ожидаемых государственных решений?

 

Многих интересует, как отнесся к известинским публикациям председатель Госкомрыболовства Евгений Наздратенко. На этот вопрос он ответил в интервью Приморскому телевидению фразой, которую потом во Владивостоке цитировали как анекдот: “Я их не читал, но они мне не нравятся”.

 

А еще Евгений Иванович от лица своего ведомства подал на газету и на меня судебный иск “О защите деловой репутации”. При том что репутация у Госкомрыболовства самая что ни на есть скверная. Примерно через месяц после подачи иска это подтвердил в письме, адресованном мне, сам Наздратенко: он пригласил меня в свой офис, чтобы рассказать, “что сделал и делает Госкомитет по рыболовству, лично ваш покорный слуга для наведения в этой сфере мало-мальского порядка”

 

О чем говорить, если даже мало-мальского порядка в ведомстве, по признанию его начальника, увы, нет. И далее Евгений Иванович продолжает: “К тому же, я лично выразил бы вам благодарность за ту конструктивную критику, которая помогает в нашей дальнейшей работе по улучшению состояния дел”.

 

Сразу и не поймешь: то ли благодарности принимать, то ли в суд топать...

 

Друг и сподвижник Е. Наздратенко губернатор Камчатской области М. Машковцев более последователен в своем неприятии наших публикаций. О том, что “администрация Камчатской области глубоко возмущена очередной попыткой газеты “Известия” в лице ее корреспондента, депутата Государственной думы Б. Резника очернить действия председателя Госкомрыболовства, а также действия администрации Камчатской области”, он почему-то решил сообщить председателю Госдумы Г. Селезневу. Видимо, как недавний первый секретарь Камчатского обкома КПРФ, надеется, что спикер палаты парламента ужо заведет на депутата-борзописца персональное дело, отберет казенную белую бумагу, чтобы не чернил самый далекий субъект любимой федерации, а заодно и ее достойное рыбное ведомство. Но, как говорил матрос из кинофильма “Александр Пархоменко”, нас на конвульсию не возьмешь, товарищ... Так что поговорим с губернатором Машковцевым по существу поставленных им вопросов.

 

Странная любовь губернатора Машковцева

 

Пуще всего главного начальника Камчатки задело мое утверждение, что он с подачи Наздратенко в ущерб местным рыбакам запустил в область “чужака” - хозяина Преображенской базы тралового флота Олега Кожемяко из Приморского края. На Дальнем Востоке всем известно, что Олег Кожемяко был и остается надежной опорой Евгения Наздратенко, потому к нему и отношение особо трепетное. Его фирмы сполна наделяются квотами. Стараясь угодить председателю Госкомрыболовства, губернатор Машковцев даже выделил Кожемяко так называемую специальную квоту, которая должна идти на поддержку только береговых рыбоперерабатывающих предприятий. Кожемяко же пригнал к камчатским берегам мощнейшую плавбазу “Томск”, приписанную к одному из портов Приморского края. Вот и получается: квоту выбирает камчатскую, а даже налоги обязан платить в Приморском крае по месту приписки плавбазы.

 

Все это уже само по себе дурно выглядит, а тут еще в конце июня нынешнего года Камчатская спецморинспекция Минприроды РФ вместе с сотрудниками местных управлений ФСБ и МВД поймали плавбазу “Томск” на чудовищном браконьерстве, размеры которого так хотел уменьшить в своем письме на имя председателя Госдумы Г. Селезнева, главного редактора “Известий” М. Кожокина, председателя Госкомрыболовства Е. Наздратенко губернатор Машковцев. Он пишет: “Стоит заметить, что неучтенной продукции на борту плавбазы “Томск” было обнаружено на значительно меньшую сумму, а именно около 780 тысяч долларов, а не на семь миллионов долларов, как указано в статье”.

 

Заметим другое: 780 тысяч долларов тоже нажива немалая. Но мы не стали спорить с губернатором, а решили терпеливо дождаться результатов судебно-криминалистической (экологической) экспертизы, назначенной следователем Камчатской межрайонной природоохранной прокуратуры М. Слободенюком в рамках расследуемого им уголовного дела по факту обнаружения на борту плавбазы “Томск” неучтенного минтая.

 

Теперь впору повиниться, но не перед губернатором Машковцевым, а перед читателями. Я вправду ошибся, написав, что неучтенного минтая на борту “Томска” было на семь миллионов долларов. На самом деле, как установила экспертиза, “совокупный ущерб, причиненный ОАО “Преображенская база тралового флота” в результате незаконного промысла минтая природным биологическим ресурсам Российской Федерации составил 708 567 950 рублей”.

 

То есть свыше 22 миллионов долларов! За один рейс! На одной плавбазе! Эксперты в том же заключении отмечают: “Определение экономического ущерба (таможенные платежи, налоговые сборы и т.д.) в нашу компетенцию не входит по роду деятельности”. А если еще все это приплюсовать?!

 

Грабит Олег Кожемяко Камчатскую область, а губернатор Машковцев все в том же письме воспевает его заслуги. Оказывается, открыл рыбный олигарх в поселке Никольском Алеутского района магазин, в котором “...для снятия социальной напряженности реализация продуктов питания производится по ценам, согласованным с администрацией района”.

 

Воруют миллионы, а для “снятия социальной напряженности” отстегивают копейки. Губернатор нищей области, которая не может себя даже обогреть, заходится в истерическом восторге от этой унизительной подачки.

 

И вновь про испанские супертраулеры

 

Продолжим читать письмо Машковцева.

 

“Рыбаки Камчатки полностью поддерживают политику, проводимую Госкомрыболовством в вопросе недопущения (увы, так в тексте. - Б.Р.) супертраулеров в Охотское море. Только благодаря жесткой позиции Е.И. Наздратенко наши рыбаки еще работают. Да, эти суда являются самыми современными и производительными. Именно поэтому они способны работать в автономном режиме в районах Мирового океана, куда, видимо, уже в скором будущем, будут вынуждены направлять из-за истощения сырьевой базы в традиционных районах промысла и дефицита квот свой устаревший флот от родных берегов предприятия Камчатки”...

 

Оценим, сколь трогательна отеческая забота губернатора о рыбаках собственной области. Почитаешь и не поверишь, что именно он впустил плавбазу “Томск” разбойничать у камчатских берегов, незаконно наделил ее квотами. А когда правоохранители возбудили уголовное дело по акту браконьерства, то наткнулись на мощное, хитро организованное противодействие. Некие весьма влиятельные, но совершенно закамуфлированные силы запретили арестовывать плавбазу и препровождать ее в порт для разбирательства. “Томск” был отпущен, унося в своих трюмах браконьерского минтая на 22 миллиона долларов. Лишь вмешательство прокурора Камчатской области А. Войтовича и московских правоохранительных органов остановило беспредел, заставило браконьеров отвечать по закону.

 

Напомню, о каких супертраулерах идет речь. Построены они на верфях Испании в самом начале 90-х годов на кредиты в полтора миллиарда долларов, взятые под гарантии еще советского правительства. Всего в те годы на эти средства было построено около сотни мощных рыбодобывающих кораблей. В том числе в Германии и Норвегии. Об их печальной судьбе расскажу чуть позже. “Голубые” - так рыбаки называют эти корабли испанской постройки - на условиях долгосрочного лизинга с правом последующего выкупа получило ЗАО “Супер” - дочернее предприятие Владивостокской базы тралового и рефрижераторного флота. Было у “Супера” одиннадцать испанских супертраулеров. В статьях “Мафия и море” мы подробно рассказали, как с подачи Евгения Наздратенко (тогда еще губернатора Приморского края) все одиннадцать траулеров по приказу Госкомрыболовства совершенно незаконно были отобраны у “Супера” и переданы другу и надежной финансовой опоре губернатора Юрию Диденко - президенту холдинговой компании “Дальморепродукт”. Наздратенко в ту пору не понуждал супертраулеры Диденко катиться на промысел подальше, в Мировой океан, а наделял их квотами, чтобы рыбачили в исключительной экономической зоне России в Охотском и Беринговом морях. При этом и рыбу, и валютную выручку за нее “Дальморепродукт” оставлял за границей. Даже арендные платежи за пользование супертраулерами “Дальморепродукт Троулерс” не платил вовсе. Наздратенко тогда вполне устраивало такое положение, его ничуть не беспокоило, что задолженность диденковских предприятий только по арендным платежам зашкаливала за 313 миллионов долларов.

 

Судовладельцы в одностороннем порядке расторгли договоры бербоут-чартера (долговременной аренды с правом последующего выкупа) с “Дальморепродуктом”. Супертраулеры были переданы на тех же условиях другим российским рыболовным компаниям. Вот тут-то председатель Госкомрыболовства Наздратенко с точностью до наоборот поменял свою позицию. И принялся всеми способами вредить новым арендаторам, целенаправленно срывать эффективную работу супертраулеров испанской постройки. Вот что об этом писал премьер-министр М. Касьянов президенту В. Путину 19 марта нынешнего года: “В результате несвоевременного оформления разрешительных документов на право ведения супертраулерами промысла в российской экономической зоне под флагом Российской Федерации и ненадлежащего выполнения Госкомрыболовством России поручений Правительства Российской Федерации по данному вопросу суда не были допущены к аукциону по продаже квот на право добычи минтая в Охотском море”.

 

Генеральная прокуратура нашла состав преступления в действиях руководителей Госкомрыболовства и возбудила уголовное дело по факту воспрепятствования предпринимательской деятельности.

 

Е. Наздратенко и М. Машковцев, выступая по радио, телевидению, объясняют лютую борьбу против использования супертраулеров в отечественных морях исключительно заботой о социальном и экономическом благосостоянии мелких рыбацких предприятий: де, не выдержат мелкие компании конкуренции, выберут могучие высокопроизводительные корабли всю рыбу, а значит, оставят всех остальных без работы, без заработка...

 

Блефует, лицемерит, фарисействует губернатор на пару с главой Госкомрыболовства. Просто они хотели забрать испанские супертраулеры “под себя”. Не получилось.

 

Из письма в редакцию “Известий” генерального директора “Рыбкомфлота” - компании-собственника всех испанских супертраулеров Олега Пухова:

 

“В январе 2002 года на меня вышел Алексей Наздратенко, младший сын Е. Наздратенко, и предложил свои услуги по урегулированию конфликтной ситуации с супертраулерами. За это он потребовал в аренду четыре супертраулера. К тому времени у нас уже не было возможности сдать в бербоут-чартер столько судов, и мы договорились, что они возьмут в чартер два супертраулера, а именно: “Стимул” и “Капитан Демиденко”. Алексей назвал мне и компанию-фрахтователя - “Камчатфлотинвест”, и ее генерального директора - О. Липаева, а также заверил, что компания получит необходимые для этих двух кораблей квоты...”

 

Это сообщение О. Пухова полностью подтверждается оказавшимся в моем досье письмом губернатора Камчатки Машковцева на имя председателя Госкомрыболовства Е. Наздратенко, в котором он от имени администрации области “согласовывает приобретение ООО “Камчатфлотинвест” двух супертраулеров испанской постройки в аренду с правом выкупа”.

 

Письмо датировано 4 февраля нынешнего года. В те же дни финансовый консультант “Рыбкомфлота” А. Агеев вместе с гендиректором “Камчатфлотинвеста” О. Липаевым вылетели на Камчатку. Липаев с Машковцевым дали совместную пресс-конференцию, на которой до небес превозносили достоинства испанских супертраулеров и объявили всей общественности, в том числе и рыбацкой, что могучие корабли вот-вот начнут бороздить родные водные просторы. К слову сказать, в то же время на Камчатке в невиданно рекордные сроки (всего за три дня!) были “прописаны” еще два судна примерно такого же класса - “Хетер Си” и “Клеймор Си”, взятые Камчаткой в бербоут-чартер у американцев.

 

Кстати, Наздратенко-младший так и не стал арендатором испанских супертраулеров, потому что его отец по застарелой привычке “надул” “Рыбкомфлот”: обещал квоты на все 14 супертраулеров, а позаботился только о сыночке.

 

“Нас никак не могла удовлетворить ситуация, когда два супертраулера “Камчатфлотинвеста” успешно работали бы на промысле, а остальные двенадцать имели бы те же проблемы, что и раньше, - продолжает свое письмо в редакцию О. Пухов. - Именно к этому сводилась обманная, лицемерная позиция Е. Наздратенко”.

 

Пожалуй, хватит комментировать ответ губернатора Машковцева на публикации “Мафия и море”. Скажу только, в чем я с ним абсолютно согласен. Машковцев пишет, что я не великий знаток рыбной промышленности. Это правда. Как правда и то, что не специалисты в этой области радиоинженер Машковцев, горняк Наздратенко.

 

Как тут не вспомнить классика: “За всю жизнь я не снес ни одного яйца, но это не мешает мне судить о вкусе яичницы” (Бернард Шоу, английский драматург).

 

Кого охраняют пограничники

 

Судя по откликам, особо шокировали читателей факты коррумпированности пограничников, крепкой сплотки немалого их числа с рыбной мафией. Я и сам писал об этом с душевной болью, потому как граница - стержень Отечества, а ее хранители в моем представлении всегда были символом нравственной чистоты, неподкупности. Теперь вот не могу избавиться от чувства вины: настаивал в своих первых публикациях “Мафия и море” (“Известия”, № 200-202, 1997 год), чтобы правительство передало охрану биоресурсов пограничникам. Передали. Уже после новых публикаций в июле нынешнего года почти каждый день получаю сообщения о чудовищных фактах прикрытия пограничниками рыбной мафии, об их активном участии в ее структурах.

 

Об этом чуть позже, а пока коротко напомню, о чем “Известия” писали в июле нынешнего года в одной из статей “Мафия и море”.

 

Нынешней весной у берегов Северных Курил рыбачили 12 японских судов. На каждом находился инспектор Камчатской госморинспекции Федеральной погранслужбы. Рядом нес патрульную службу сторожевой пограничный корабль “Аскольд Пьянко”. 11 мая в районе промысла Камчатская спецморинспекция Минприроды РФ высадила со своего патрульного судна “Карат” осмотровую группу, куда входили сотрудники ФСБ и МВД, на японские суда “Тора Мару-58” и “Тайко Мару-63”. На них было найдено свыше двухсот тонн деликатесных морепродуктов, естественно, неучтенных, на полмиллиона долларов. На следующем японском траулере “Кайс-Мару-28” значится выловленным малоценный кальмар - 156 тонн. На самом деле морозильники забиты ценнейшими палтусом, минтаем. Ущерб стране - еще полмиллиона долларов. Подчеркну: воровали под приглядом и при участии инспекторов погранслужбы.

 

Остальные японские суда, промышлявшие в том районе, учуяв неладное, подняли якоря и дали деру. Пограничный патрульно-сторожевой корабль даже не предпринял попытки задержать браконьеров.

 

После этих событий начальник Камчатской госморинспекции Северо-Восточного регионального управления Федеральной погранслужбы капитан I ранга В. Грабов издал распоряжение, в котором потребовал “пресекать все попытки проведения контрольно-проверочных мероприятий” другими ведомствами без согласования с ним.

 

“Известия” получили официальный и весьма лаконичный ответ на статьи “Мафия и море” от директора Федеральной пограничной службы РФ генерала армии К. Тоцкого, который я привожу почти полностью. “В части, касающейся Федеральной пограничной службы РФ, публикация отражает период с 1999 по 2002 год. Она прошла проверку как в ФПС России, так и в правоохранительных органах. Правовые решения по нарушениям приняты. Мы понимаем, что из-за литературного характера в публикации допущены значительные неточности. В то же время согласны с вашим мнением, что проблемы, поднятые газетой, требуют радикальных и неотложных решений на государственном уровне”.

 

Прежде всего я был бы весьма благодарен уважаемому Константину Васильевичу, если бы он указал конкретные неточности. Хотя бы одну. Но главное - не могу согласиться с сутью ответа: факты известны. Меры по ним приняты. Забудьте?

 

Речь ведь не о фактах, которые я привел в весьма щадящем, поверьте, для ФПС подборе и изложении. Беда в том, что сложилась, укоренилась и постоянно совершенствуется система взаимодействия пограничников, таможенников с рыбной мафией. Она стала столь обыденной, что ее даже публично оправдывают высокие должностные лица.

 

Корреспондент одной из камчатских газет спросил уже упомянутого мной капитана I ранга В. Грабова: правду ли написали “Известия” о коррупции инспекторов пограничной морской охраны? Вот дословный, опубликованный в газете ответ их начальника:

 

“Здесь должен быть государственный подход. Работник прокуратуры государством полностью защищен и обеспечен. Ему не надо думать, как прокормить семью. Наш инспектор поставлен совсем в другие условия. Он находится в море по двести суток и получает 7.400 рублей. Для нормального здорового мужика это смешные деньги. А на судне продукции на 1,5-2 миллиона долларов. Конечно, я не буду отрицать факты коррупции...”

 

Каперанг Грабов, видимо, запамятовал, что пограничные моринспекторы за каждый день пребывания на иностранном судне во время путины получают по сто долларов командировочных, имея при этом бесплатную каюту, питание и т.д. Сколько за 200 дней набегает? А еще смею напомнить морскому пограничному офицеру, что постыдно и омерзительно продавать интересы Родины и искать оправдания этим гнусностям.

 

И по сей день не прекращается в средствах массовой информации приморских территорий обсуждение статей “Мафия и море”. Совсем недавно, 2 октября, честное и обширное интервью газете “Рыбак Камчатки” дал начальник Северо-Восточного регионального управления ФПС генерал-лейтенант Н. Лисинский. По рассказу генерала очень даже наглядно можно представить, как идет в погранвойсках борьба с инспекторами-взяточниками, наносящими экономический ущерб нашей стране в сотни миллионов долларов.

 

“Я уже отстранил от работы 16 инспекторов. По половине из них возбуждались уголовные дела. К сожалению, прокуратура прекратила эти дела “за отсутствием состава преступления”. Прокуратура, даже если она военная, мне не подчиняется. Я не могу этих инспекторов отдать под суд. Не могу уволить. Трудовое законодательство не позволяет. Но ни один из них в море больше не пойдет. Пусть теперь работают на берегу. Рано или поздно сами уволятся. И так будет до тех пор, пока в инспекции не останутся те, кто действительно предан идее”.

 

Наивность милая нетронутой души... Боевой заслуженный генерал, прошедший горячие точки Кавказа, избрал в своей работе с инспекторскими кадрами совершенно непродуктивную систему. В отечественных морях и океанах не останется ни единого рыбьего хвоста, пока он путем “естественного отбора” будет создавать коллектив контролеров, “преданных идее”. Перефразируя известное выражение, можно сказать: безнаказанность развращает. Абсолютная безнаказанность развращает абсолютно.

 

В этом убеждает статистика: за минувшие полтора года в стране было возбуждено свыше 670 уголовных дел, связанных с браконьерством, рыбной мафией. Мягкие обвинительные приговоры вынесены по... шести. Остальные либо прекращены производством на стадии предварительного расследования, либо заволокичены судами.

 

Руководители Федеральной погранслужбы укорили меня, что в статьях “Мафия и море” я привел факты, им известные, по которым они “работали”. Уже после известинских публикаций, когда во все морские погранслужбы прошли команды “усилить контроль”, “решительно пресекать” и т.д., на Сахалине объявились два госинспектора Приморской пограничной моринспекции М. Алексеев и А. Кричиняк с заданием, утвержденным самим и.о. начальника Тихоокеанского регионального управления Федеральной погранслужбы генерал-лейтенантом М. Оганесяном. Задачи понятные: проверять, выявлять, пресекать. Для их выполнения охранно-патрульные функции были приданы судам: РС “Бризовый” ( хозяин ООО “Сахалинский Бриз”) и СРТМ-К “Преголя” (владелец ООО “Кильватер-1”). На первое водрузился Алексеев, на второе - Кричиняк.

 

Что происходило дальше, лучше всего расскажет документ.

 

Из спецдонесения прокурора Сахалинской области Ю. Денисова в Генеральную прокуратуру:

 

“Как установлено в ходе проверки, находящимся на борту РС “Бризовый” государственным инспектором Приморской госморинспекции Тихоокеанского регионального управления ФПС М. Алексеевым, суда в районе промысла не досматривались, не обнаруживались и не поднимались на борт выставленные с нарушением правил рыболовства крабовые ловушки. Более того, обнаруженный на борту судна акт подъема немаркированных орудий лова, составленный 13.08.02. М. Алексеевым, является фиктивным, так как указанные в нем якобы обнаруженные и поднятые на борт 82 крабовые конусные ловушки были ранее выставлены экипажем РС “Бризовый” в районе поселка Ильинский, в четырех милях от береговой черты.

 

Под непосредственным контролем и при участии М. Алексеева в период с 14.07. по 13.08. 2000 г. (до момента задержания РС “Бризового” нарядом таможенного судна “П. Верещагин”) этот сейнер неоднократно без разрешения пограничных и таможенных властей незаконно перемещался через государственную границу Российской Федерации. В российских территориальных водах добыл 4.728 килограммов краба-стригуна красного и контрабандно вывез его за пределы таможенной территории РФ - в порт Вакканай (Япония).

 

Не исключено, что во всех случаях вывоза краба Алексеевым так же, как и при задержании, составлялись фиктивные акты подъема немаркированных орудий лова, под прикрытием которых выловленная продукция срочно вывозилась в Японию. Получены документы, что М. Алексеев, находясь на борту РС “Бризовый”, в то же время числился в судовой роли другого судна СРТМ-К “Преголя” в должности матроса. При этом дважды, как член экипажа “Преголя”, выезжал в японский порт Вакканай.

 

О тесном сотрудничестве должностных лиц ФПС и фирм “Сахалинский Бриз”, “Кильватер-1” в деле незаконного промысла морепродуктов свидетельствует и то, что 28 августа 2002 года нарядом таможенного судна “Петр Матвеев” в территориальных водах России задержано судно СРТМ-К “Преголя”. В ходе досмотра на его борту обнаружено около 25 тонн живого камчатского краба. Мало того, что судно незаконно, без разрешения пограничных и таможенных властей пересекло границу России, оно, не имея разрешительных документов, незаконно добыло указанное количество краба. “Преголя” использовалось Тихоокеанским региональным управлением Федеральной погранслужбы для выполнения охранных функций. На борту судна с план-заданием, подписанным и.о. начальника ТОРУ ФПС генерал-лейтенантом М. Оганесяном, находился государственный инспектор по контролю промысла Приморской ГМИ ТОРУ ФПС А. Кричиняк. В судовой роли СРТМ-К “Преголя” Кричиняк, как и Алексеев, указан матросом.

 

Это свидетельствует о том, что “Преголя”, как и “Бризовый”, вместо выполнения контрольных и охранных функций, занимался контрабандой морепродуктов.

 

По имеющейся информации, указанные промысловые суда заходили в порты Японии под флагом иностранного государства и другим названием”.

 

Против М. Алексеева уголовное дело возбудила природоохранная прокуратура, против А. Кричиняка - чуть позже - транспортная. Потом обе передали эти материалы по подследственности - в военную прокуратуру Тихоокеанского регионального управления ФПС. Я разговаривал с военным прокурором подполковником Л. Шаровым, и он без стыдливых иносказаний предрек отсутствие судебной перспективы для обоих дел.

 

- Капитан “Бризового” даст показания, что браконьерничал без участия инспектора Алексеева. Тот, мол, в это время спал беспробудно в каюте, ничего не видел, ничего не слышал. Что я ему вменю, кроме халатности? А за халатность, сами знаете, какой у нас спрос, - философствовал прокурор.

 

Все поставлено с ног на голову. Пограничные морские инспекторы, называющиеся государственными, вместо того чтобы неистово защищать экономические интересы своей страны, бессовестно злоупотребляя служебными возможностями, обогащают себя и иностранное государство. Совершают при этом массу преступлений: мошенничество, подделку документов, использование служебного положения в корыстных целях, браконьерство, незаконное пересечение государственной границы... Задача ведомственной, абсолютно подвластной своим начальникам с большими звездами на погонах прокуратуры - все замять, снивелировать, низвести до пустяка, дабы не портить статистику и не позорить доблестные войска.

 

Умиляют лицемерие дознавателей, их ссылки на теперешнее несовершенство законов, якобы не позволяющих им “раскрутить” ни одно дело, связанное с крупными хищениями. Следствие, едва начавшись, сразу скособочивается в сторону своего неотвратимого провала.

 

За что убили генерала Гамова

 

В разных изданиях было множество публикаций, излагались всевозможные версии покушения на заместителя начальника Тихоокеанского регионального управления ФПС генерал-майора Виталия Гамова. Сегодня мы впервые слегка приоткроем тайну следствия и расскажем о деталях, известных доселе очень узкому кругу лиц.

 

Соседи генерала сообщили (их показания есть в уголовном деле), что, когда его, обожженного вынесли из квартиры, последними словами Виталия Ивановича были: “Это мне отомстили за “Амгу”.

 

“Амгу” - рыбацкая шхуна. Быть может, некоторые ее запомнили по сообщениям прессы: 30 марта нынешнего года пограничный сторожевой корабль ПСК-608 остановил “Амгу” для досмотра. Спустили на боте смотровую группу, но экипаж шхуны запустил двигатель и бросился наутек. Началась погоня. Она продолжалась девять (!) часов: с 16.05 до 0.55 следующего дня. Пограничники с ПСК-608 вызвали на перехват браконьерской шхуны еще один свой корабль ПСКР “Забайкалье” и скоростной корабль японской береговой охраны. Была предупредительная стрельба по нарушителю из корабельной артиллерийской установки и даже - на поражение из автоматов: потом эксперты обнаружат в рубке немало пулевых пробоин.

 

“Амгу” задержали. Установили, что принадлежала шхуна некоему сахалинскому частному предпринимателю Михаилу Явтуховскому. Это по регистрационным документам. Сам Явтуховский заявил, что продал “Амгу” вместе с пятью другими шхунами местным частным предпринимателям Виктору Морозову и Андрею Симакину.

 

Как оказались шхуны у Явтуховского? Он утверждал, что пригнал их из Японии, оформил через таможню Петропавловска-Камчатского. Однако, как теперь выяснилось, суда прибыли в Россию контрабандно: таможенного оформления они не проходили. Но каким-то образом Явтуховскому удалось поставить их на учет в Камчатскую госинспекцию маломерных судов. “Амгу” - девять часов уходивший от преследования трех высокоскоростных пограничных кораблей - значился там металлическим... ботом. А такую же шхуну “Тамчи” вообще записали в регистрационных документах дюралевой лодкой-”казанкой”.

 

Совсем недавно бригада сотрудников Главного управления по борьбе с экономическими преступлениями, выезжавшая на Дальний Восток, установила:

 

“...все шесть судов зарегистрированы как “маломерные”, имеющие мощность двигателя менее 55 кВт. Проведенный осмотр и освидетельствование шхун с участием специалистов показало, что данные суда по своим тактико-техническим характеристикам относятся к типу “РС” (рыболовный сейнер) и имеют мощность двигателя более 600 кВт, два охлаждаемых трюма, промвооружение, в том числе мощные глубинные тралы, и ни по каким показателям не могли быть зарегистрированы как “маломерные”. Стоимость каждого судна аналогичного класса составляет свыше 500 тысяч американских долларов (без учета промвооружения). Соответственно, стоимость шести судов, незаконно перемещенных через таможенную границу и используемых на промысле биоресурсов, составляет свыше трех миллионов долларов”.

 

Контрабандно ввезенные японские шхуны оказались в Южно-Сахалинске у частных предпринимателей - морских разбойников В. Морозова и А. Симакина. Следователи очень хотели бы задать им много вопросов, но друзья-компаньоны сразу после убийства генерала Гамова “снялись с якоря” и ударились в бега.

 

Пока можно лишь строить предположения об их причастности к этому преступлению. Вскрылась весьма оберегаемая от постороннего вмешательства международная мафиозная система огромных хищений российских биоресурсов. Она довольно проста. Японские рыбопромышленники охотно отдают российским браконьерам подержанные, но еще вполне приличные рыбацкие шхуны. Договариваются, что те рассчитываться за суда будут морепродуктами. Чаще контрабандно, иногда через таможню, под видом убогих маломерок (пошлина соответствующая - до 1,5 тысяч долларов) шхуны пригоняют в Россию. Чтобы зарегистрировать их как промысловые суда, нужно разрешение Госкомрыболовства, разрешение на право поднять российский флаг, поставить на учет у капитана рыбного порта... В госинспекциях маломерных судов Минприроды РФ японские шхуны регистрируют как лодки-моторки, боты, катера. Наверняка за большие взятки. Присваивают им только номер - и все. С такой регистрацией они не имеют права заниматься промышленной рыбалкой, уходить дальше чем на 30 миль от порта базирования. На них, естественно, не ставят системы мониторинга. На деле эти шхуны рыбачат в любой точке Охотского, Японского, Берингова морей, ходят за границу, осваивают промышленные квоты...

 

Сколько таких судов? Недавняя проверка только двух рыбных портов - Холмского и Невельского - выявила 65 японских шхун, сокрытых под видом маломерных судов. Всего на Сахалине, Курилах, Камчатке, по подсчетам специалистов, их не менее 300-350.

 

И вот факт, требующий глубоких размышлений: на всем протяжении необъятных дальневосточных морей наши доблестные пограничники ни разу не обнаружили подставу. Ни разу не определили, что перед ними не бот, не лодка-”казанка”, как значится в регистрационных документах, а быстроходное, прекрасно оснащенное рыбацкое судно, за которым при случае надо будет гоняться полсуток кряду. Регистрационные документы - первое, что должны потребовать пограничники при досмотре.

 

Не хочу верить сыщикам, предполагающим, что охранители границы “закрывают глаза” за “откат” в несколько десятков тысяч долларов, которые выплачивает каждая такая шхуна.... Этой публикацией “Известия” не завершают свое журналистское расследование “Мафия и море”. Мы будем внимательно следить за тем, что происходит в рыбной отрасли страны, будем стараться помочь ей избавиться от мафиозного влияния.