Одесские зарисовки. Предложение

27.11.2020 00:01
shadow
Боря Мучник, сорокалетний, тощий как глист, лысоватый электрик ЖЭКа на Богдана Хмельницкого (которая раньше гордо называлась Госпитальной), имел почти всё, что может иметь электрик ЖЭКа на Молдаванке, и даже чуть больше! Это «больше» состояло из двухкомнатной своей (!!!) самостоятельной квартиры в квартале от работы, здоровой, не утомлённой излишними возлияниями печени и автомобиля Daewoo Lanos без кредитных обязательств, что вообще сразу делало Борю почти миллионером в глазах коллег и соседей. В общем, у Бориса было всё, вплоть до ещё местами оставшихся на голове волос и хорошего покладистого характера.

Одного не было у Бори. Не было жены, хозяйки и хранительницы домашнего очага, мило стряпающей что-то на кухне или даже низко склонившейся, подняв вверх свой широкий аппетитный (да-да, именно так Боря представлял!!!) зад, моющей пол. Лица будущей жены Боря не представлял, а вот её торчащий вверх зад при мытье пола видел в своём воображении вполне натурально! И так бы остался Борис с холостыми фантазиями про зад без лица, если бы не похороны в нашем дворе...

Об этом сообщает Русский репортер

Иннокентий Андреевич умер счастливо, без мучений, во сне от сердечного приступа, но в не очень счастливом для этого дела возрасте сорока трёх лет. Провожать соседа, как у нас водится, пришёл весь двор и даже народ из соседних. Заглянул и Борис. Войдя во двор, холостяк-электрик увидел озабоченно печальные лица соседей, гроб и склонившуюся над ним вдову Симу, выставившую вверх покачивающийся в такт рыданиям зад. «Вот! Она! Моя!» — закружилось в голове, и будущая жена приобрела вполне чёткие очертания лица тоже.
Узнав, что Кешина (так звали соседи покойного Иннокентия Андреевича) вдова работает в булочной на углу Запорожской, Боря стал там завсегдатаем, покупая хлеб себе и даже всем соседским бабушкам — лишь бы был повод повидать Симу. Когда прошёл год, Борис вечером явился к Симе нарядный, одетый в строгий костюм, купленный в секонд-хенде «Одежда из Европы», в начищенных до неестественного блеска туфлях запорожской обувной фабрики «Мида», прилизанными, зачёсанными на лысину, длинными, покрытыми лаком блестящими волосами и тремя унылыми красными гвоздиками.

Позвонив в звонок, Боря нервно пробежался левой рукой по пуговицам рубашки и даже брюк, а правой так сдавил гвоздики, что в руке хрустнуло, а цветы совсем поникли.

— Здравствуй, Сима! — нервно и тускло просипел жених открывшей дверь вдове.
— Привет, Боря, — удивилась хозяйка. — Ну, проходи на кухню, раз пришёл. Не разувайся, я не убирала ещё.
— Это тебе, Сима, — ткнул гость цветы в руки вдове и прошёл на кухню.
— Спасибо, — покрутила в руках сломанные пополам гвоздики Сима и, положив их на столик в коридоре, последовала за гостем. — Кофе?

— Да... нет... неважно... Сима, Кеши уже год как нет... — занервничал Боря.

— Послезавтра год, — поправила гостя Сима.
— Да... Неважно. Сима! Жизнь идёт... продолжается... течёт... Ты — одна, я — один... совсем. А жизнь дальше идёт... продолжается...
— Течёт, — напомнила Сима.
— Да. И течёт тоже, — согласился со столь важным дополнением Боря. — В общем, Симочка, мы таки уже взрослые люди, и пора...

Тут в замке ключ провернулся, и в квартиру вошёл здоровенный амбал Коля, работающий грузчиком в супермаркете и имеющий большой жизненный опыт в виде наколотых трёх куполов на груди и синих перстней на пальцах левой руки.

— О! Борик! И шо ты тут сидишь как засватанный? — удивился Коля, даже не подозревая, как он близок к истине.
— Ой, я уже пойду, — заторопился Борис, чувствуя, что черты лица будущей жены начинают таять.
— А это шо за цветы, Сима? Боря, ты такой нарядный, торжественный и бледный, шо на своих похоронах!
— Я пойду, Коля, — почти прошептал экс-жених.
— Конечно, пойдёшь! И даже с крейсерской скоростью! — оскалился Коля и пнул Борю ногой под зад. — Цветы не забудь, жених, мля! — громко, во всё горло, заржал амбал и бросил вслед летящему на всех парах обладателю здоровой печени и Lanos`а гвоздики...

Андрей Рюриков


Источник: “http://timer-odessa.net/minds/odesskie_zarisovki_predlojenie_537.html”